Мини-форум дикого Lion`a...))

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » Мини-форум дикого Lion`a...)) » Старье... » История "Вавилона5" с точки зрения Центавриан, воинов-минбари...


История "Вавилона5" с точки зрения Центавриан, воинов-минбари...

Сообщений 11 страница 20 из 26

11

Окончание рассказа "Быть Моллари"
Кирил нервно расхаживал возле челнока… Женщин и мальчишек до 6 лет из Рода Моллари и влившихся в него Родов Ланасов и Джаддо он соберет и отправит Теруну – пусть попыхтит – семейство-то большое, шумное… А сам – тут же вернется. Если Па… Па не свалит  Картажу, он умрет с Ним. Даже Вир – дурачок, которого Па столько лет оберегал от жестокой реальности – и то с Ним. Даже Као и Лондо-младший – здесь… И он будет рядом с Па, как бы все не обернулось. Только бы успеть… Криспо согласен, Кесаро тоже… Но Аллери – всех тяжелей. Надо поджидать этого психопата в засаде… Но, исполнив свой долг, Кесаро тут же уйдет из жизни. Без Па, без Командира – они – все - жить не будут!
Наконец-то, вот и родные, долгожданные.
Почему-то Кирил не удивился, узнав, что Тимов и тетушка Юна остаются в столице… И даже не стал возражать. Фелита крутилась, вжималась в траву Леса… Но вроде наконец, Катара умудрилась затащить ее в челнок… и тут же бросилась к самому младшему своему карапузу – тот видите ли, титьку захотел пососать….
- Я вернусь… Всех женщин и малышей заброшу на Минбар – и тут же – к Па, - вздохнул Кирил,  - Боги, пусть я вернусь к Его триумфу… Может, все же полетите, а?
- Нет, мальчик, - твердо заявила тетушка Юна. - Я ведь тоже Моллари. Ты не переживай. Мы готовы…, - она показала ему тонкий кинжальчик. – Он отравлен. Пара уколов, и никакие палачи до нас не дотронутся.
Кирил молча обнял тетушку и мачеху и ринулся в челнок. И он – Моллари. И участь Па – будет его участью… Он смахнул непрошенную влагу с глаз. Па, родной, дорогой ты наш, добудь еще одну Победу…. Ты ж ни одного боя не проиграл… Что тебе – герою Фраллиса, Беты, Гораша – этот моральный уродец Картажа… Твоя Победа – это жизнь Твоего Народа… и Твоей семьи… Но если надо… - мы бы на любую смерть пошли, только б Ты Победил, потому что мы – Моллари!

Лондо успел к рассвету поставить Ветерка в стойло, как следует обтер своего скакуна… расчесал гриву. Хорошая была скачка, а что едва сросшаяся нога ноет и рука кровит - ерунда… Он тихо скользнул в свои апартаменты во дворце… Подмигнул мужу одной из внучек, стоявшему в карауле – это не просто родня, а его солдат… Едва слышно пробрался в душ и принялся зубами отдирать с руки повязку. Ну точно, края рваной раны разошлись, говорил ведь Артемио, чтоб ты, болван месяца три плечо поберег…
- Отец, можно я тебе п-помогу? – тихо спросил Вир. И как только подошел незаметно?
- Можно, сынок, можно… Тащи-ка коробочку с гравировкой – лира и чаша… Это древнейшие символы целителей…. Надо срочно привести себя в порядок. – Он ухватил здоровой рукой Вира за плечо и, развернув к себе, твердо посмотрел ему в глаза.
- Мальчик, скажи честно, ты со мной? Если я оплошаю, нас ждут пытки и страшная смерть.
- До конца, - выдохнул Вир. – И что ты все сомневаешься?! Я ведь, какой-никакой – а Моллари, хоть и документы на другое имя…
- Тогда тащи шкатулку, я себя поштопаю и приготовь чистую рубашку, манжеты, мундир – сегодня решающий день… И я должен выглядеть верноподданным министром…
Он, сжав зубы, принялся орудовать иглой – хорошо хоть Вир помогал – поддерживал…. Потом сынок помог ему наложить повязку и поправить скрепы на ноге – так чтоб даже не прихрамывать. Лондо как следует причесался, выпил пару бокалов бривари – бледность с лица согнать. Ну что ж, теперь – пора. Если Картажа не клюнет на приманку, он просто попытается его убить. Верный кинжал ловко скользнул в ладонь. А потом…. Потом…. Пусть делают с ним что хотят… Без Картажи, его солдаты – солдаты Моллари - быстро зачистят дворец и выдворят Теней…. У Лавренто, Афо, Дриго – свои приказы….

18 лет и 14 дней до Обретения Бога. Центавр Примас. Берег озера Великий Велаш. Лес Старого Ворчана. Учебный Лагерь Наивысочайшей Академии. Императорский дворец.

Дряхлый старец сидел на берегу озера и, словно от скуки водил клюкой по воде.
- Он преуспел. Вот уж не думал…
- Ты все сомневаешься, -  вздохнула прекрасная женщина с глазами темного янтаря, в которых вспыхивали каждый миг золотые крапинки. Глазами, без зрачков…
- Он получил серьезные раны во время этого глупого рейда! До сих пор не оправился! – вскинулся старец. -  Мог бы и сыну поручить…
- Ты забыл – он и для нарнов – Спаситель…. Теперь его вина искуплена….
- Вина без вины, - с жаром заметил огненноволосый мОлодец.
- Нет, тут иначе…. Пустота и Хаос искушали его, предлагали Мощь, Силу, Возможность свершить задуманное без труда. Он их отверг… Теперь перед ним лежит Путь Мудрости…. Если он победит смерть и полностью очистится ото всех своих грехов…. Этот бой – пострашней армейской атаки. Он должен одолеть все остатки хаоса и пустоты в СОБСТВЕННОЙ ДУШЕ. Иначе умрет… А у нас нет…. Просто нет замены….
- Зря ты так, - ветром пронесся по листве голос беловолосого юноши. – Он такое вынес, такое перетерпел…
- Не забывайте, он еще идет по Пути Скорби!
- Мальчик! – воскликнула женщина.
- Мальчик, - кивнул старец. – Последняя утрата…. Если выдюжит….
- Спаси его, - женщина опустилась рядом со старцем и взяла его за узловатую, дряхлую руку….
- Не могу. Так надо. Или погибнут двое, или один….
- Замена….
- Замены нет…. Остальные нужные в его самой тяжкой битве, которую вести придется полтора десятка лет….  Думаете, мне самому не жаль этого парнишку?! – неожиданно зло вскинулся старец, - считаете меня бесчувственным монстром?! Но иначе нельзя. Адира должна была умереть. Мальчик должен умереть…. Чтобы спасти Народ, чтобы защитить Жизнь… ТАК НАДО! НАДО! – из его черных, лишенных зрачков глаз потекли тонкие струйки слез, падавшие в траву каплевидными алмазами….

- НЕСТОРИЙ! НЕСТОРИЙ! – орал Као, вцепившись в мундир дряхлого таксиарха. – ОН СДЕЛАЛ! ВСЕ СДЕЛАЛ! ПРИШИЛ ПСИХА, - мальчишка, кинулся обнимать старого солдата…., - А вы все боялись! Один я знал – ДЕД СПРАВИТСЯ! ОН ТЕПЕРЬ – ПЕРВЫЙ МИНИСТР! ОН ВОЗВРАЩАЕТСЯ! ДЕД СПРАВИЛСЯ!
Несторий с ухмылкой смотрел, как пострел отплясывает какой-то дикий танец на поляне. В самом деле - Командир опять их не подвел…. Еще один выигранный бой…. Только вот другое сражение их ждет…. Надо вышвырнуть Теней с Селини. И что-то сделать со взбесившимися варлонцами… Да уж, тут только Моллари управится…. А тоже – был таким вот маленьким озорником, когда явился добровольцем под его команду перед битвой за систему Бета. Ну чуток постарше. Хотел было турнуть, да Император Северо приказал… Думал – обуза – севастократорский внучек, сынок министра, а он, этот 12-летний сорванец прорвался на своем истребителе через все оборонительные системы и уничтожил генератор защитного поля главной планеты, а потом еще бился плечом к плечу с синодиками…. И все дети у него из того же… нет, не теста, из той же стали!
- НЕСТОРИЙ! – вопил Као, уже каким-то чудом умудрившийся залезть на дерево.
- ДЕД ПОБЕДИЛ! КАРТАЖА СДОХ!
Лондо-младший быстро и ловко ухватился за ветку и присоединился к другу.
- ВАЛТУ СОЛДАТСКОМУ ИМПЕРАТОРУ! – кричали во все горло архонтопалы.
- ВАЛТУ ЛОНДО МОЛЛАРИ!
- Ты откуда узнал, пострел? – спросил Несторий.
- Да у Деда и спросил. Я ж ему и всей родне специальные гиперпередатчики спаял по схемам Лондо-младшего. Сейчас уже не выдержал, связь установил, он говорит: «Все – лады. Картажа умер…., - ха…. не могу…., - От удара!»...А Дед теперь Первый министр и завтра будет здесь. Фелитка, как чуяла – не зря пророчица – с челнока-то улизнула в последний момент. Вместе с бабушкой  Юной и Бабкой Тимов Деда ждать осталась…. Я так за нее боялся… А теперь…. Теперь, все как надо будет!  Несторий, а Несторий…. Пошли, поможем дядюшке Лавренто мочить педиков Картажи, а? А потом будет Деда встречать. При полном параде. Я честное слово даю, даже пуговицы надраю…
- Пуговицы тебе уже ГТор надраил, - кивнул старый таксиарх в сторону ухмыляющегося нарна….
«Оказывается и нарны бывают такими симпатягами!» - подумал Као и бросился на шею к ГТору…. – Ты все боялся…., а Он победил… Я знаю, почему ты боялся…. Но Дед… Он ведь Боль давно одолел….  Ну раны не до конца зажили – все равно уделал этого психопата. И Нарн, твой Нарн теперь свободен. Дед вас отпустил!
- То есть…? – ошалел ГТор
- Ну, ГКар ему там чего-то помогал, а Он слово ему дал, что если все ладно будет – Нарн отпустит. Все свои планеты – мы себе оставили, а Нарн и его система – СВОБОДНЫ! ДЕД ВАС ОСВОБОДИЛ! ТЕПЕРЬ УЖЕ ВСЕХ!
- Валту! - неожиданно заорал ГТор, - ВАЛТУ ЛОНДО МОЛЛАРИ! СПАСИТЕЛЮ НАРНА, СПАСИТЕЛЮ ЦЕНТАВРА, СОЛДАТУ И ЗАЩИТНИКУ ПРОСТОГО ЛЮДА – ВАЛТУ!
- Наорались? Всех скурит  перепугали? А теперь – живо собираться. Выступаем к столице. В самом деле, может пригодимся Фотио и Криспо… Ну что стоите. На сбор одна десятая хора. Отсчет пошел! – рявкнул Несторий.
Маленькие архонтопалы и  впрямь пригодились. Синодики Стратилата Моллари, следуя его приказам, пока старались не задирать знатных дармоедов. Зато, что возьмешь – с 10-летнего мальчугана, у которого командир – дряхлый таксиарх.  Пристрелит, и вроде как не виноват – мало ли что – не разобрался, не понял…. Архонтопалы вместе с бывалыми синодиками окружили Дворец.
Лавренто было развел руки в стороны а потом, наплевав на все десантные приличия, рыкнул:
- Взять всех. И приведите хоть с десяток ко мне и наварху Криспо. Списки у всех таксиархов есть. Мордена брать живым, ежели такое о зомбяках можно сказать….
Као и Лондо-младший, от которых ни на шаг не отставал ГТор, подкрались к литой оградке и бесшумно пробрались в Парк.  Педики Картажи еще не знали, что их ждет… Зато бойцы Солдатского Стратилата, и будущего Императора, а Као не сомневался, что Дед в самом скором времени наденет Великую Императорскую Печать – она только ему под силу – все знали и понимали. Сегодня крови прольется мало. Зато после… Дед за все посчитается со знатными тварями, сгубившими половину их Рода, его мирру Партусов, игравшими Народом, как шахматными фигурками, интриговавшими, предающими, изменяющими… Не всех еще можно трогать, но вот тех, кто продал Родную планету Теням – им не жить…. Вот Ипат Децио порадуется – совсем дряхлый стал, больной, едва ходит…. – хоть на старости лет утешится…
Као подсек ноги императорского гвардейца в тот же момент, когда в 10 окнах дворца по очереди вспыхнул свет.  Это Марко – сын старшей Дедовой правнучки дал сигнал – солдаты Моллари начали чистку во Дворце.
Лондо-младший полоснул педика по горлу. ГТор рванул вперед, навстречу трем охранникам из банды Картажи, нацелившимся на Као. Двоих – просто так стукнул друг о друга лбами, что у тех башки лопнули, точно перезревшие плоды, ха! Третьему успел всадить прямо в сердце нож - его, Као, подарок, купленный на «Вавилоне». Несторий хрипло крикнул:
- Никого из Дворца не выпускать. Ищите Мордена. Стратилат приказал – его сразу под арест, он сам с ним разберется….
Ха! Дед ему сперва кишки выпустит, а потом Виру башку подарит – тот давно ноет, всей семье уже надоел…
Точный выстрел Лондо-младшего завалил охранника-громилу.
Као подхватил бластер, вывалившийся из руки мертвяка. Тяжелый, конечно, и не на их годы рассчитан, но когда каждый день из гимнастического зала часами не вылазишь и такой – удержишь… 
Парнишка опустился на колено и, поставив бластер на полную мощность – Дед всегда так делает – срезал – буквально – целый отряд психовых прислужников. Отбросил в сторону разрядившееся ружье и выхватил култари и кинжал. Лондо-младший умудрился засечь целую группку прихлебателей Картажи и теперь кружил в смертоносном танце – каждый удар ногой, каждый взмах кинжала – несли гибель проклятым садистам и извращенцам. Те пытались сопротивляться, один даже пару раз из бластера пальнул, но ведь Ланас в Тронно любого чемпиона завалит! Тронно учит, что все, кто жил прежде, вносят свою лепту в то, что существует, и что каждый отвечает за всю Республику, а не только за себя.  За Республику! Валту! Мальчишка ловко увернулся от выстрелов, упал, перекатился и в прыжке выбил бластер из рук подонка, да и руку заодно сломал в двух местах. Ха! ГТор, скалил зубы стоял у груды тел со свернутыми шеями. Здорово у него получается… Ну головы отвинчивать. Тоже, что ли какой-то вид борьбы – нарнский?
Неожиданно рявкнули пучковые орудия, разнося в клочья картажевых прихвостней, пытавшихся активировать орудие возле фонтана. Као задрал голову. В небе кружили «Сентри» - эскадрильи три – не меньше.
- ДЕД! – заорал Као, одновременно вонзая меч в пах какого-то придурка, надумавшего подобраться к нему из-за спины.
Истребитель, выкрашенный пурпурным цветом с вызолоченными буквами «ЛЕАТИ» крутил «бочки», мертвые петли одну за другой, проносился в нескольких пассо над землей и вновь взмывал в небеса, грохоча своими орудиями. Так только Дед летает – не по инструкциям, а слившись со своими «Сентри» воедино… У него душа – крылатая. Так все в армии говорят.
Появление «Леати» и флота помогли довершить дела быстро и споро. В плен взяли аж 14 педиков и Мордена в придачу. Он что-то визжал, но Криспо всех приказал тут же запереть в подземных камерах. Ха! Сейчас Дед с вами разберется, гады!
Неожиданно Лондо-младший кинулся на него, сшибая с ног.
- Ты что, дурашка? – оказалось одного мерзавца не добили и он хотел Као подстрелить, Као с оттяжкой рубанул подонка. Все – теперь – точно мертвяк и кинулся к другу. Тот уже сидел, потирая ногу.
- Ты как?
- Нормально… Лодыжку только потянул, когда сигал – никогда еще так далеко, да с места, прыгнуть не удавалось…, - Као помог ему встать и заорал ГТору:
- Все… Пошли Деда встречать!
Молодой нарн устало кивнул – а как тут не устать ежели столько голов отвинтил голыми руками? – и зашагал вслед за мальчишками.
Као ринулся к Деду, когда тот только выбрался из истребителя. Рука вся в кровищи – с пальцев капает, из носа тоже – алые струи льют, нога трясется… Лавренто, Криспо, Афо и Дриго рванулись к нему, но Као и Лондо-младший их опередили.
- ДЕД! Ты вернулся! Ты психопата уделал…! А мы тут все…
- Да уж насмотрелся, что вы вытворяли, - проворчал Дед. Проворчал вроде, но ласково, нежно…. Так только Он умеет. Из челнока выволокся Вир – видать после СИЛЬНОГО похмелья… Эге, значит не все еще для тебя потеряно, «девушка»…
Лавренто и Криспо бросились докладывать… Тут откуда не возьмись – возник дядюшка Артемио. Наверняка раненых педиков добивал – правило у него такое. Он военврач. И не земляшка какой-нибудь. Пленных уже набрали, даже 14, а не 10. Других не надо. У них ведь родни влиятельной полно – из тюрьмы вытащат, подлечат…
Дядюшка Артемио так глянул на Деда, что тот побелел и даже чуть было назад в истребитель не шмыгнул. Дед только своего доктора и боится…. И немножко Бабку Тимов.
- Ну, Лондо, с тобой я сейчас потолкую, КХА! – зловеще произнес старый курилка и ловкой подсечкой повалил Деда на траву. – Опять штопать надо… Ты ж во дворец не трясущейся развалиной войти должен, а Победителем!
- Садист, как тебя увижу, сразу Стивена добрым словом поминаю, - сцепив зубы, огрызнулся Дед, - после твоего лечения – любой палач ласковой любовницей покажется….
- Ну по свиданиям с палачами – это ты у нас специалист, а мое дело – тебя после всех твоих вывертов на ноги ставить. Так, начнем, с руки, Кха…
Нда, дядюшка Артемио работает, конечно, быстро, но жестко. Вир даже чуть было не кинулся на защиту Деда – еще от пьянки не прочухался – не понимает, что дядюшка Артемио своего Стратилата лечит…. Решил, боги знают что… Ну, с похмелья-то….
Криспо выволок парадный костюм Деда и тот, все еще поеживаясь после… пребывания во власти целителя, начал быстро переодеваться, в то же время глотая одну за другой настойки из изящных флакончиков. Во накачался! Дядюшка Артемио свирепо посмотрел на Вира. Все, влипла «девушка»….
- Ага, значит еще один пациент… Кха… Сопровождать его намылился… Кха… с такой зеленой физиономией…, - быстро, Вир и пикнуть не успел, выхватил шприц, рванул ворот дядюшкиного кафтана и вкатил ему дозу чего-то желтоватого. Хлопнул по плечу так, что Вир едва на ногах устоял. – Ничего особенного – это, чтоб тут же протрезветь, понял? КХА!
Дед расправил кафтан стратилата и выпил бокал бривари, который сунул ему в руку Лавренто. Доктор окинул его цепким взором. – Ну теперь и «Валту!» можно орать. Вали во дворец…. Мы через четверть хора там будем. Давай, Первый Министр, работы еще – непочатый край.
Дед кивнул и в сопровождении Вира ровным шагом, как настоящий властитель двинул к парадному входу. Все ж неплохо его дядюшка Артемио заштопал, а? Мальчишки переглянулись и, вскинув свои култари, замаршировали сзади. ГТор подхватил разряженный бластер – а ему любой сгодится – и тоже присоединился к почетному караулу. Позади хромал Дриго. Афо уже куда-то смылся – остатки мыслей дохлых педиков считывать. Дядюшка Лавренто и дядюшка Криспо командовали своими солдатами, собиравшими трупы вражин. Дядюшка Артемио стоял рядом. Так, на всякий случай. Вдруг, кто еще живой… Скоро и Батька с дядюшкой Кесаро прилетят.
Дед ворвался во дворец, как хозяин, на ходу сбрасывая мундир – Вир быстренько подхватил – и впрямь протрезвел. Дед шуганул придурковатого Вирини – мол, зачистить дворец немедленно, мне еще только ножа в спину не хватало – можно подумать они проглядели кого? - и прямо свалился на трон. От ран-то еле на ногах стоит. Вирини начал ныть, что де все в скорби пребывают - ой не могу, да кто ж, кроме прихлебателей будет по Картаже скорбеть, а? Да и тех уже в расход пустили, но придурок даже пояснил, что, вот, мол и трон даже ленточками траурными изукрасили, Дед втолковал ему, что на троне просто сидеть удобно и попер, сунув кафтан – чтоб почистил. А сам начал уцелевших министров созывать… Бросил быстрый взгляд на мальчишек.
- Мало навоевались? Марш в казармы. Несторий, небось, вас обыскался…
Ага, так прямо и марш! Когда все самое интересное начинается… Нет, таксиарху, конечно, надо сообщить, что с ними все в порядке. Ну Лондо-младший и один справится.
- Слышь, дурашка, сбегай к Увидо, а? Я тут малость послушаю. Интересно, ведь, как Дед надумал с Тенями и Варлонцами управиться…
- Расскажешь потом?
- А то!
ГТор, естественно, спокойно скрестил своим ручищи на груди и привалился к стене. Охраняет. Ну и лады. Если ему это нравится. Као скрылся за колонной и весь превратился в слух.
Боги! Эти импотенты нас меж двух огней держат…. Если Теней не выдворить – они тут с Варлонцами драку устроят, да такую, что от Центавра только пепел останется…. И те и другие нас ненавидят…. Уничтожить хотят… А флота, какой на орбите болтается для того, чтоб шугануть подонков не хватит… Все Туран виноват, чтоб тебе в адовых безднах вечно тенью скулящей бродить – сократил вооруженные силы в 10 раз! За последние пару лет, конечно, несколько новых ударных группировок создали, но все одно – мало… Считал, что того, что есть хватит. Ну для Нарна, Земли м мелочи прочей – хватит, конечно. А вот для варлонцев? Да этот идиот их ведь уважал, аж мечта у него была шкаф ходячий встретить. Дед вечно о Коша спотыкался – приехал бы на «Вавилон» – да посмотрел. И он, Као, всегда Коша дразнил: «Шкаф ходячий!» - так тот дурак даже не обернулся….  Дед, само собой разумеется, сигнал на все флоты дал, но не успеют…. Как есть - не успеют…. Дед кулаки стиснул так, что кровь опять потекла из раны-то…. А он внимания не обращает. Думает. А все молчат. Тихо-тихо стало. Даже дядюшка Артемио не кашляет…
- Выход один, - хрипло выдавил Дед. – Кто со мной на Гораше был – знает, что я тогда замыслил. Селини надо заминировать. Весь остров. Так чтоб, когда рвануло, только пепел остался…
Как там дурашка говорил? «и я стану пеплом»? Нет, дружок, не станешь, я на все пойду, но тебя спасу. Твой дед - моего собой прикрыл. У нашего Рода перед твоим – должок. Да и ты всего два хора назад – меня спас… Лучше… лучше я вместо тебя…. Обниму пламя… Как там у Деда в заветной тетрадке?

Обниму я пламя
Полыхнет земля!
Вместе с павшими
друзьями пеплом стану я

Над далекою планетой
Вспыхнет яркий свет
Ухожу с товарищами,
Но и вам, врагам, конец…

Мы с честью сражались, но,
Видно, пришло наше время,
Изменники нам подсекли колени.

Что ж, вот она кнопка, что
Вызовет пламя,
Огонь придет по зову моему,
Я обниму его, к груди прижму….

Наш пробил час – на то мы и Солдаты,
Умрем, не покорившись ни Измене, ни Врагу,
Обнимем пламя на Гораше…

Он так писал…, когда считал, что все… помощь уже не придет… Он заминировал тогда их крепостцу и с согласия солдат ждал момента, когда дилгары прорвут оборону, и тогда – взрыв, пламя - и сами не сдались, и врагов с собой забрали, сколько смогли… Только в последний момент его друг Урза узнал об Измене и, нарушив все приказы, ринулся к Горашу. Дед уже руку на кнопке держал, когда флот все же пришел… Сейчас их корабли не успевают… Да и мало их…. Пока слишком мало…. Значит остров будут взрывать….
- Ваше высокопревосходительство! – Дед даже сперва не понял, что к нему обращается Дурано – этот честный болван – и как уцелел? – наверное, Картажа, просто до него не успел добраться. Свои-то все «Мой Командир», да Дед, да Па, да Папка, да Лондо, а остальные – господин Посол…. – Там население 15 тысяч человек…
- Знаю, - Дед скрипнул зубами…., - помню предсмертное письмо брата, он тогда говорил, как страшно выбирать тех, кто будет жить, и тех, кто умрет… Если б имел право – сам бы на Селини улетел. Но я должен быть здесь…
- Вдруг Тени на попятную пойдут? – робко пробормотал Криспо.
- Кто этих чертей знает? Но, скорее всего, будем взрывать. Население вывезем….
- Они могут догадаться, что мы что-то замыслили, - убитым голосом выдохнул дядюшка Лавренто.
- А что, предлагаешь взорвать 15 000 ни в чем не повинных граждан Республики? Убить, потому что этот полоумный самодур решил стать Богом?!
- Мой командир, - это Афо вмешался, - но вы ведь собирались тогда, на Гораше, взорвать наши позиции, если дилгары прорвутся….
- Афо, родной мой, мы – Солдаты. Мы обязаны были умереть, но не сдаться, и врагов с собой побольше прихватить…
- Дядя! – Криспо встал. Белый-то какой. Может ему тоже настойки выпить, а? – Тогда надо сделать так – место гражданских займут военные. Те, кто присягу давал. Ну, если кто добровольно останется…
- А женщины? Дети?
- Думаешь, среди женщин добровольцев не найдется? Да мы и не будем набирать 15 000. Тысячи три-четыре…. Оставим…..
Као вырвался из своего укрытия.
- Дед! Мы…. Мы… тоже, вроде как дети, а? Мы, архонтопалы, их место займем…. Ну человек 200 хватит…. Мы присягали! ПРИСЯГАЛИ! МЫ УЖЕ СОЛДАТЫ!
Дед так стиснул кулак, что кровь прямо брызнула из раны…
- Нет, детей просто вывезем…
- Они догадаются… Они глупые, но хитрые, нужно чтобы дети были хотя бы 100 человек… Дед, мы жребий потянем, ну карты разыграем, как Судьба распорядится, лады?
- Ты что несешь?! – Дед так никогда не рычал. Аж стекла в окнах задрожали…
- Он прав, - тихо пробормотали Дурано и Лавренто. Одновременно.
Дед впился окровавленной рукой в плечо Као.
- 50 человек. Жребий будете тянуть при мне. Те, кто вытащат Мечи и Копья – поедут на остров, Щиты и Кубки – останутся здесь… Иди, зови третий класс… Там все представители знатных Родов. Криспо, - голос у Деда дрогнул, - отправляйся в верные части…. Набери 1000… Не больше…. Больше я ИМ не отдам… - Судорожно вцепился в подлокотники трона и сел. Наплевав на всех прохрипел:
- Артемио, дай той настойки, живо… А то без Первого Министра останетесь…
Као не слышал и не видел, что там ответил дядюшка-курилка. Он все понял, все…. Скорее всего Лондо-младший вытащит роковую карту. Значит, надо обмануть Судьбу, обмухлевать… Лады…. Главное, чтоб руки не тряслись…
- Куда несешься, не глядя! – рявкнул Несторий – Надо ж, чуть было таксиарха не протаранил.
- Таксиарх, Дед решил вот что, - Као быстро выложил услышанное.
Увидо помолчал, посмотрел на него. – Хорошо, зови ребят…. И как бы дела не обернулись, я поеду с теми, кому жребий выпадет на острове быть…
- НЕСТОРИЙ!
- Я уже старик! Мне 183 года! Я сражался в сотнях боев. Я служил Северо Великому и будущему Императору Моллари, которого тоже назовут Великим. Я научил вас, оболтусов, всему, что знал… И не только вас…. И если уж умереть, то так, как собирались тогда, на Гораше…. Обнять пламя….
- Д-дед, в стихах….
- Да он один раз в жизни свои стихи вслух читал. Нам, на Гораше, перед последним, как мы думали, боем. А вышло, что еще повоевали! Все – иди за ребятами. Вы – уже сейчас понимаете, что такое честь и присяга! Я в вас верю. И Он верит…
Као ворвался в казарму.
- Значит так. Варлонцы и Тени нас зажали. Флоты просто не успевают собраться для того, чтобы дать отпор. Выход один – взорвать Селини. С Тенями. Может, и Варлонцы отвяжутся…. Нужны добровольцы…. Там же дети. Мы их заменим….
- Као! А иначе?
- Не выходит. Я все совещание подслушивал. Будем карты тянуть перед Дедом. Кто вытащит Мечи и Копья – поедут на остров. Нужно всего человек 50….
- Да мы что боимся! – вскинулся Алексо Туллари – дальний родич. – Мы присягу уже три года как дали…
- Почти четыре! – встрял Лондо-младший, а у самого, дурашки, тоска в глазах. Боится, что больше Фелитку свою не увидит. Да увидишь ты ее и женишься на ней. Я обо всем позабочусь… Я ж Моллари…  Из нашего Рода кто-то просто обязан быть на острове. Потому что, взорвать его решил Дед. Значит, кто-то из Моллари должен умереть. Чтоб не говорили потом, что Дед своих укрывал, а чужими жертвовал, так?
- Ты весь в крови! – неожиданно ринулся к нему Лондо-младший.
- Да это Дедова кровь – опять рука. Он меня за плечо схватил, ну и вот… Ладно. Пошли, ребята… Так, незаметно сунуть в рукав карту туз Щит и карту масти Меч. На всякий случай – или подменю карту дурашке или свою… Только б Вир притащил такую же колоду. Лады, руки не дрожат…

Лондо Моллари стараясь не застонать сел возле кровати Ипата Децио.
- Ты зубы-то разожми, оболтус, - слабо усмехнулся Евсевио, - уж я твои уловки знаю… Болят раны-то….
- Болят, Учитель… Годы уже не те, чтоб в атаку ходить…
- А тебе теперь другие сражения предстоят…. Будешь Новую Республику создавать….
- Чего бы мне не стоило, но мечты НАШИ сделаю реальностью…. Судя по пророчествам, царствовать буду недолго, но мне и 15 лет хватит, чтоб порядок навести, чтоб вложить в ДУШУ НАРОДА УВЕРЕННОСТЬ В НАШИХ СИЛАХ…. Чтоб всех этих гадин знатных извести… Клянусь, я разбужу ЛЬВА!
- Может, он уже проснулся?
- Пока нет, Учитель… Но уже позевывает, клыки скалит… Как мечталось, как задумывалось, так и свершу… Себя всего отдам, на любые жертвы пойду, но научу людей верить в ВЕЛИЧИЕ РЕСПУБЛИКИ И ЭТО САМОЕ ВЕЛИЧИЕ СОЗДАВАТЬ!
- Ох, Лондо, мальчик, ты и представить себе не можешь, как я счастлив, что дожил до дня, когда ты начинаешь править… Знаю, ты – мудр, ты – добр, и ты по-прежнему пылок, ты столько вынес, но сбросил только пустое, никчемное, лучшее – сберег…. Подержи меня за руку, мальчик… Помню, как тебя привезли в Академию…. Шестилетний хулиган, в первый же день три раза подрался со старшекурсниками и поспорил с Северо…. Умница мой…. Лучший ученик… За все десятилетия – лучший…. А как ты, шалопай свои экзамены сдавал? Северо тогда едва тебя выручил на философии, а ведь ты правильно говорил, умно…. Уже тогда все понимал… Родина теперь… в твоих руках… разбуди Льва…. Только тебе под силу… ты сможешь…. Дерзай, не бойся ничего, потому что ты за праведное дело сражаешься…. Всю жизнь…. И не думал, что так хорошо, спокойно умирать буду…. Помни главное – Народ и Войска – твоя Опора…. Они не подкачают…. Не отступай… Смысл жизни только в одном - в борьбе… Не забывай… Помнишь, как ты писал перед битвой за Бету?
Лишь сделай шаг - поймёшь: не всё так страшно,
ведь смерть не может вечно угрожать.
Она придет – но до неё –
зачем играть отбой?
Ты – властитель-поэт… Ты создашь государство, которое сделает людей счастливыми…. Потому что понимаешь, что такое счастье… А любая беда – лишь испытание мужества… Уж отваги-то у тебя на всю Вселенную хватит… Сражайся, иди вперед, только вперед…. Ты на верном пути…. Теперь твой Путь – Путь Мудрости и Величия… Мой…. Мой Бог…. - У Лондо затуманился взор, казалось, тело Учителя окутало ласковое жемчужное сияние…. Первый Министр молча прижался губами к руке мертвого Ипата Наивысочайшей Академии Децио Евсевио – лучшего Учителя и отважного Солдата, соратника Северо Великого, последнего, не считая Юны и пары родственников, кто связывал Лондо Моллари с детством…. С первым поцелуем, первой любовью, первой книгой, первым стихом, первым полетом, первым боем….

Као не смотрел Деду в глаза…. Не мог…. Сейчас не мог…. Ему и так тяжко…. Хоть бы Лондо-младший вытащил кубок или щит… Нет, не вытащит…. Без его помощи, без помощи Као…. Но все надо сделать тонко – это не блаженную облапошивать… Дед сам – картежник из первых… Может и за руку словить… Пусть думает, что это просто… Судьба…. Он в Судьбу верит… Его отважный, сильный, добрый Дед…. Боги, вот что значит быть Властителем! Это вот такие решения принимать! Друзей и близких на смерть посылать! Как хотелось обнять Деда, сказать Ему, как он, Као, Его любит… Дед окинул их взглядом….
- Готовы, архонтопалы?
- Так точно, ваше высокопревосходительство, - отсалютовал Алексо – он староста их курса.
Боги, да сколько ж боли, горечи, терзания в глазах Деда…
Лондо Моллари распаковал новую колоду и положил на столик. Слава Богам – такая же, как у него!
Алексо шагнул первым… Щит! Щит вытащил! Он умный, Алексо Туллари и вдумчивый – наверняка в штабе будет у дядюшки Криспо служить… Следом тянул карту лучший фехтовальщик курса - внучатый племянник дядюшки Кесаро. Копье… Будь оно проклято. Но не дрогнул. Молча отдал воинский салют и встал подле трона.
- Слышь, дурашка, после меня пойдешь, так и тебе и мне…. легче… понял, а? – шепнул Као Лондо-младшему и двинулся к столику. Он еще не вытянул карту, но уже понял, что это туз-щит, едва заметным движением извлек из рукава Меч и прижал кулаки к груди. У Деда затряслась раненная рука, снова с пальцев закапала кровь – не иначе так напрягся, что швы опять порвал. Као поклонился Деду и встал рядом с Энадо Аллери. Ну, дурашка, давай… Лондо-младший остолбенел, прошептал «Као!» и рванул к столику. Хочет с ним. Нет, дружок, тебя поджидает негаданный подарок…
И впрямь негаданный…. Ланас уставился на туз-щит…. И вдруг заорал:
- Нет! Не хочу! Я… я должен на остров ехать… с КАО!!!
«И я бы так сделал, - подумал Као, - только б тихо улизнул…. Ведь теперь, с Лондо-младшего глаз не спустят!»
- Молчать! – рявкнул Дед. – Великий Творец, ты ж, последний потомок Андро. Даже Судьба тебе велит жить! Жить трудно! Порой, трудней чем умереть, но НАДО. Встать в строй….
Лондо-младший стиснул зубы и присоединился к Алексо.
Когда в группке у трона стояло уже 22 архонтопала, Дед неожиданно рыкнул:
- Все! Довольно! Больше я ИМ не отдам! Идите в казармы. Передохните…. Несторий, твой отряд должен быть готов через 1 хор. – и что было силы запустил пустым кубком в какую-то старинную вазу.  Дед всегда так делает, когда… когда Судьба его бьет…

Као начал быстро складывать в рюкзачок оружие. Пригодится… Даже если Дед остров взорвет, он попросит его дать сигнал за несколько секунд, чтоб хотя бы одного врага самого уложить… Дед выяснил какая частота бластера для теней – смертельна…. Неожиданно его рюкзачок подхватила сильная пятнистая рука.
- Я понесу, - просто сказал ГТор.
- Ты… ты… К Деду возвращайся или домой…. УЕЗЖАЙ! ВЫ ТЕПЕРЬ СВОБОДНЫ! ЖИВИ, ЧЕРТИ БЫ ТЕБЯ ПОБРАЛИ! ТЫ ПРАВА НЕ ИМЕЕШЬ! ЭТО МОЯ СМЕРТЬ! МОЯ СУДЬБА! А ТЕБЕ ЕЩЕ ЖИТЬ И ЖИТЬ! Я ПРИКАЗЫВАЮ! КАТИСЬ НА СВОЙ НАРН! ПОНЯЛ?!!!!, - Као был готов топать ногами, визжать, словом вести себя как избалованный знатный гаденыш.
- Я с тобой. До конца. Думаю, Дед тебе еще на «Вавилоне» это пояснил… Дома и без меня управятся… А вот с тенями поквитаться бы хотелось, заодно свинью варлонцам подложить. Мы побратимы, малыш, хочешь ты того или нет….
- Но я… я…
- Я видел все, что ты сделал. И пойду с тобой.  Попрощайся с другом. У него истерика. Ему укол собрались делать. Рвется с тобой лететь…
Као быстро шмыгнул в соседнюю комнатушку. Лондо-младший рвался из рук дядюшки Артемио.
- КАО! Я С ТОБОЙ! ЭТО – МОЯ СУДЬБА!
- Была твоя – стала моя… ха! Говорил же тебе, будущее все время меняется…. Мы, видать, что-то сделали так, что вот так все и вышло.
Као стиснул друга в объятьях.
- Живи, Лондо, люби Фелитку…. Крепко люби…. И служи Деду. Как твой Дед служил…. А я умру так, что обзавидоваться можно – ОБНИМУ ПЛАМЯ.
Лондо-младший стер слезы с лица и приник к товарищу. – Я буду жить за двоих, и служить за двоих и любить только Фелиту….
- Вот и лады, - Као не терпелось смыться к своей команде, пока дядюшка Артемио чего не пронюхал. Он ведь не только врач и курилка, но и хитрец почище Дриго. Као с трудом удержал слезы и умудрился выдать свою циничную ухмылочку, ради которой часами репетировал перед зеркалом.
- Ты меня раньше времени не хорони. Может Дед Теней турнет…. Всяко бывает, - он еще раз обнял Лондо-младшего, которому тут же воткнули шприц с успокоительным и присоединился к ГТору.
Понятное дело, форму пришлось оставить. Као машинально переложил туз-щит в карман, аккуратно сложил одежду на своей койке. Ну и книжку любимую тут оставлю. Все равно наизусть уже знаю… Прощай, родная казарма… и выскочил во двор.

18 лет и 13 дней до Обретения Бога. Центавр
Примас. Космодром. Остров Селини. Императорский дворец.

Лондо неожиданно заметил в группке добровольцев-женщин знакомое лицо и словно окаменел… Боги! ОНА! ЗАЧЕМ?!
Он на негнущихся ногах шагнул к Полимии – своей первой, им самим выбранной жене, с которой его попросту развели…. Он помнил два дня их жизни. Боги, как давно это было, как молод он был, какой молодой была она… Его танцовщица… А ведь потом стала известной, он, конечно, тайком и от семьи, и от нее самой, ей помогал, но Дар у нее был… Великая балерина… Земляне называли ее Второй Павловой, Новой Улановой…. Зачем она здесь, ЗАЧЕМ?!
- Лондо, ты только дай мне сказать, - а голос по-прежнему хрипловатый, - я станцевала свой последний танец еще несколько лет назад. Да, меня считают Великой. Ну пусть и считают…. У меня нет детей – одни поклонники, да бывшие партнеры…. А я… я хочу не просто быть одной из великих танцовщиц, которая умрет забытой всеми дряхлой старушкой, ходить с палочкой…. Лондо, родной…. Если я спасу хотя бы одну молодую жизнь….
- Полимия, ПОЧЕМУ?
Она пожала все еще гибкими и стройными плечами. – Я хочу помочь тебе создать Новую Республику, в которой никого не будут насильно женить и разводить…. Я была Великой…. И многие мои балеты будут смотреть и века спустя. И… и у нас был два дня счастья…. Не всем такое перепадает…
Он молчал, левое сердце билось с перебоями. Потом схватил ее за руку и притянул к себе. Поцеловал так, как в тот день, когда прощался – со всей страстью, жаждой жизни…
- Прощай. И ПРОСТИ…
- Прощай. И прекрати извиняться. Я давно тебя простила. Сразу. И пусть твое Правление назовут Великим.
Лондо молча кивнул. Слов уже не было. Была только скорбь, заполнившая все его существо…. И ненависть к этим тварям, пытавшимся сделать его Родину, его Народ, пешкой в своих разборках. И не только к ним. К Знати. Ведь среди добровольцев были представители только Моллари, Туллари, Аллери, Джаддо, Жано и еще пары великих Домов. Другие – простые крестьяне, рыбаки, отставные солдаты, шахтеры, рабочие, врачи, инженеры, вон внук Лавренто, племянница Дриго, дочь Артемио, отец Афо, ты смотри и старший сын Дурано – есть в их Роду Честь…. НАРОД… Народ жертвует собой в этом бою… А знать пакует вещи. Лишь бы жить и жрать…. Уничтожу… всех. Под корень, чтоб не оскверняли воздух его Родины своим поганым дыханием. Чтобы жертва ЭТИХ ЛЮДЕЙ не была напрасной….
Челнок с архонтопалами улетал последним. Као вместе со своим нарном шел чуть ли не последним. Все что-то объяснял, убеждал, просил…. Нет, ГТор не отступит. Грешно так говорить, но Первый Министр был рад, что рядом с внуком до самого конца будет верный друг. И тут Лондо не выдержал… Не может он бесстрастно отправлять младшего внука на верную смерть…
- КАО! РОДНОЙ!
Мальчишка спрыгнул с посадочной площадки и побежал к Деду. Тот схватил его и прижал к груди в которой с трудом колотились измученные, истерзанные скорбью сердца.
- Дед, Дед, Дед, прости…. ПРОСТИ, Дед…
- Родной мой, это ты меня прости – не сберег…. Не сберег… Но я не могу тебя оставить…. Я отдал приказ…. Сильные ловкие пальцы Лондо впились в парнишку, гладили по лицу, словно он хотел запомнить каждую его черточку, трепали непослушный ершик черных жестких волос.
- Понимаю, Дед, понимаю…. Передай Батьке, что я… что я…, - мальчишка всхлипнул, - как Солдат умирать буду…. Ты только сигнал дай – если Морден заартачится – секунд за 10. Мы успеем теням показать, что значит быть ЦЕНТАВРИАНАМИ…. И ПРОСТИ, ДЕД, МИЛЫЙ МОЙ, ЛУЧШИЙ В МИРЕ ДЕД, ПРОСТИ…
- Као, внучек, - Лондо не выдержал и принялся целовать отважного парнишку, в жилах которого текла его кровь и которого ОН отправлял умирать…. Еще твой один грех… Еще один…, - вот возьми, - он сунул в руки внука свою тетрадку со стихами, - родной мой…. Внучек… Как же я Кирилу в глаза посмотрю…. Не сберег…. Почти никого не уберег….
- Дед, ну ты не переживай, может, ты еще Мордена прижмешь! Ты станешь Великим. Самым лучшим Императором…. Ради меня, лады? Тогда и меня не забудут…. Сам всегда твердил: Жизнь коротка, но слава может быть вечной.
Пусть моя жизнь будет коротенькой, но поможет тебе победить… Ведь сражение только-то начинается…
- Мой родной, дорогой, бесценный, отважный мальчик…. Я все сделаю, чтобы о тебе помнили. О тебе и других…. Прости меня….
- Тебя-то за что? И главное, нужно, чтоб на Селини быил Моллари, ты верно сказал. Чтоб никто тебя не упрекнул, что де родню прикрываешь…. Не забудь сигнал дать. И помни, Дед – ты ЛУЧШИЙ и я… я тебя БОГОТВОРЮ! По тебе жизнь ровняю… 
Као в последний раз прижался к самому родному и близкому человеку, потом вырвался из крепких рук Первого министра и помчался к челноку. Только б Дед не видел его слез… Только б не видел…
Лондо Моллари стоял на коленях и, не стесняясь, рыдал, глядя как челнок уносит отважных детей на верную смерть. Он рванул шарф, было душно, резануло грудь, он сжал кулаки, не обращая внимания на кровь, на мучительную боль в ранах…. Его вина…. Его….  Рука выхватила кинжал – полоснуть себя по горлу и все… Пусть кто другой кнопку нажимает…
- Великий Творец! Сколько еще терпеть?! СКОЛЬКИХ ОТДАТЬ?! ЗА ЧТО МНЕ ТАКАЯ КАРА?! Ничего у Као не будет, ни первой любви, ни первого поцелуя, ни… Он нацелил нож, надо вонзить его точно, чтоб не оживили… но тут его запястье ласково сжали родные пальцы…
- Лондо, братишечка, возьми себя в руки, - неожиданно и как всегда принеся на миг спокойствие его истерзанной душе тихо сказала Юна. - Као выдрал у Судьбы самое, наверное, важное – смерть за Родную планету, в бою…. Вы у меня все солдаты, я-то знаю, что вам дороже всего – жизнь за Республику отдать… – Я тоже хотела…. проводить Као, да шофер, подлец, а скорее, хитрец, в кои веки заплутал…. Опоздала…. Вставай, братишечка….  Нож убери… Бой еще впереди…. Эти гадины угрожают твоей Родине…. Даже твой внук – мой двоюродный внук – ринулся в битву…. Не подведи его… Как бы дела не обернулись…. Не подведи…. Ты сильный…. Вставай, братишечка….
- У тебя есть листок? Бумажка? – неожиданно прохрипел Лондо.
- Да, держи, блокнот… Там в начале бухгалтерия разная, но полно чистых страниц.
Оперевшись на мобиль сестры, Лондо нацарапал в блокноте остро заточенным карандашом:
Прощай! Душа - тоской полна.
Я вновь, как прежде, одинок,
И снова жизнь моя темна,
Прощай, мой Као - ясный огонек!..
Зачеркнул. И принялся строчить на чистых листочках:
Если кровь твоя за Родину лилась,
Ты в Народе, Као, не умрешь,
Кровь предателя плюется в грязь,
Кровь отважного – на подвиги зовет!
Умирая - не умрешь ты, маленький, герой -
Мужество останется в веках.
Пусть тебе всего лишь 9 лет,
Честь свою ты гордо нес, Солдат!
Родину прославил ты своей борьбой!
Као мой, родной мой внук, ГЕРОЙ!

- Юная, дорогая, спрячь это… пока…. Вдруг пригодится…. Я не дам Као и его товарищей забыть… Не позволю…. Я…. я…., - Лондо Моллари не обращая внимания на боль в ранах резко выпрямился.
- Юна, вези меня во дворец… Я должен довести дело до конца… и…. Спасибо, сестричка….
- Такая уж у меня работа, - грустно вздохнула Юна, с трудом сдерживая рыдания. – Наших мужчин в бой провожать…

Лондо-младший Ланас спал. Дозу ему вкатили такую, что и лошадь свалит, да рядом сидела тетушка Катара. Лондо-младший видел сон. О своей смерти – сон был другим… Не тем, что преследовал его с трех лет…. Он командует боем, стоя на мостике огромного дромона – таких он еще не видел. Он стар, очень стар, ему лет 190… Год назад умерла его обожаемая Фелита….Они сражаются в галактике Андромо – если этот сектор перейдет в руки Республики – можно сказать, вся галактика будет принадлежать им… Его дети, внуки, правнуки сражаются на разных планетах, носятся в глубоком космосе на могучих кораблях… Одна вражеская мина все же пробила все защиты и взорвалась прямо возле него…. Над ним склонился юный офицер….
- Команду передаю Као Аллери. Бейтесь с честью до конца, во Имя Божественного…, - хрипит он и умирает….
Лондо-младший всеми силами пытался проснуться – заорать, что сон у него теперь не тот, неправильный, но зелье давило, окутывало плотным одеялом, снова погружало в дрему…. Дрему без снов….

Као спал, прислонившись к ГТору. Он видел, как они, его маленькая команда, как все взрослые воины выхватывают бластеры и култари и бросаются на шмыгающих по чистому песку Селини Теней. Выстрел бластера. Один урод испарился, второй,  третьего он попытался достать мечом, но сверчок-переросток оказался прытким – хитиновый коготь вонзился в его грудь. И тут, все рвануло, и Као обнял пламя….

Штатских на Селини почти не осталось – только добровольцы. Местные квесторы уехать отказались. Их жены – тоже. Только детей отдали… Ничего, Дед о них позаботится… Почти все остальные – переодетые военные. Као и забыл, как надо вести себя на гражданке. Блаженной нет. Облапошить некого… Тени гадко чирикая шмыгают по чистому, белому песку прекрасного острова. Дед несколько месяцев назад, возил их сюда с Лондо-младшим и другими родичами. Веселились так, что даже притомились. Словно, чувствовал Дед, что опять ждут его страшные испытания… Као взобрался  на валун и открыв Дедову тетрадку заорал:
- Что носы повесили? Сейчас я вам прочитаю такое…. Это стихи Деда. Он их вечно скрывал.
Слушайте!
Я - сын Центавра, и Республика мне мать,
На поле брани я не буду отступать,
А если и погибну в злом бою,
Скажите родным и Народу:
Он честно, отдал всю жизнь свою
В сраженье с врагом за свободу...
Ты не плачь, не плачь, родная,
Не грусти моя сестра,
Разобьем дилгаров-гадов
И вернусь к тебе опять
Это перед высадкой на Гораш, а это уже когда бои шли второй месяц:
Пусть погибну, не вернусь,
Из ловушки на Гораше,
Этой ночью бластер голову пробьет,
Но ведь с честь я умру...
А это перед битвой за Бету:
Я обещаю не дрогнуть в беде,
Ведь я не слабак и не трус,
Быть впереди всегда и везде,
Во всем идти до конца,
Тебе, Республика, клянусь...
А вот еще – пророчество. У Деда же видения почти каждый день бывают. Три дня назад написал…
Багром покрыты небеса в проклятых снах,
Но помню о другом - силен Народ -
Сильна Страна и победит Республика любой врагов налет...
Мне уж не жить, не видеть, как все вновь цветет,
Но верю твердо, мой Народ - меня не подведет!
Вот Он у нас какой! Что нам – эти червяки-варлонцы и жуки переростки. Мы центавриане! Мы СЛУЖИМ! ВАЛТУ!
- ВАЛТУ! – рявкнули архонтопалы. Вскоре боевой клич пронесся по всему острову. ГТор, тоже, орал во всю немаленькую силу своих легких…
Мимо стрекоча прошмыгнул урод.
Као спрыгнул с валуна и подмигнул товарищам. – А сейчас будем учить моего друга ГТора классной игре – Оранио!
Ребята тут же засуетились. Несторий и  другие военные быстро помогли начертить два круга – один в другом.
- Поясняю для ГТора, - крикнул Као и подумал – «что, уроды, думаете, боимся вас – ха! Да мы у вас под носом сейчас мяч будем гонять!»
- Так, игроки бегают за внешним кругом. - Несторий пальцами дал приказ – «и выбирайте цели». Као продолжил.
- Мяч должен попасть точно во внутренний круг, отпрыгнуть, а игроки – за внешним кругом – его поймать. Кто ловит – тот зарабатывает команде очко. Лады? Ты понял Гтор? Можно толкаться, отпихивать соперников, но без драки. Быстро разбиваемся на команды – по 11 человек. Аллери – будешь судьей – ты слишком хорошо играешь, ха! Ну ГТора я беру в свою команду… Он еще новичок, хоть и сильный…
Все рассмеялись… Као ловко метнул мяч и помчался вдоль круга – Джаддо  вот-вот перехватит!
Вскоре все обитатели обреченного острова уже сидели среди зрителей, подбадривая «своих»… Полимия невольно залюбовалась мальчиком – копия Дед – во всем – и внешне и духом схожи, как близнецы…. Тот же пыл, страсть, отвага, озорство, жажда за Родину умереть…. И она начала вместе с остальными болельщиками подбадривать пурпурную команду, команду внука своего любимого, да… любимого мужчины….

Глаза Лондо метали молнии.
- Я приказываю вам убрать ваши корабли… Немедленно, - тихо, но властно и жестко отчеканил он.
- На Центавре живет три миллиарда человек – варлонцы никогда не осмелятся напасть на планету с таким населением! – скривился Морден.
Ага. Не осмелятся… Еще как осмелятся… Мы и вам враги и им…. Я-то помню тот давний разговор… Мы служим Жизни. Мы – Третий путь…. Против Хаоса и Пустоты… Что он там несет? «Корабли останутся», значит?
- А вы боитесь, так? И они боятся, - снова тихо, но грозно заметил Лондо, одновременно, разводя руки в стороны – сигнал гвардейцам… - И если уж были упомянуты ваши сообщники… давайте-ка избавимся от лишних ушей…
Лондо скривился в хищной ухмылке и одним жестом пригвоздил Мордена к месту. И впрямь – боится, дрянь!
- Не шевелитесь…
Еще один взмах руками и лучи бластеров за несколько мгновений испепелили трех уродов – хозяев Мордена… Что, зашатался, зомбяк?
- Думаю, эту сцену я прикажу запечатлеть в росписях…, - пробормотал Лондо.
- Ты – ненормальный!
Боги! Сколько раз он это уже слышал… От врагов, предателей, просто подонков. Наконец, и от тебя дождался…
- В иной день, мистер Морден вы были бы неправы. Сегодня? Сегодня – день особенный… Последний раз говорю – уберите корабли!
- Нет, ты меня не испугаешь, Моллари. Попробуешь напасть – и проиграешь…
Так, вот та кнопка на простеньком устройстве, которое спаяли для него мальчики. Палец уже лежит на ней. Нажимай, Лондо! Као тебя просил! Не подведи внука. Не подведи… Моллари дал сигнал… У вас теперь несколько секунд, мои воины. Сражайтесь! Бейтесь!

Као мгновенно услышал грозную увертюру Никорико из оперы о Великом Велаше.
- Валту! Вперед! За Республику! – заорал он, выхватил бластер, заранее поставленный на нужную частоту. И тут же испарил одного жука-переростка… Еще один выстрел – и еще одна тень стала прахом… Несторий уже трех уложил! А Гтор, во дает, да как же он протащил станковое орудие… Синие пламя сжигало врагов десятками. Поганый сверчок оторвал Несторию руку… старый солдат повалился на колени. Не обращая внимания на хлещущую из раны кровь, выхватил второй бластер, испепелил подонка, только потом упал. На ГТора набросились сразу несколько Теней, Као и Энадо Аллери бросились к нему на помощь.
- Валту! – проорал умирающий нарн, которого рвали в клочья…
- Валту! – закричали архонтопалы. Као рубанул своим култари одного гада. Сдох. Выходит и честная сталь вас берет! Ха! Тут хитиновый коготь вонзился в его грудь, изо рта хлынула кровь.
- Валту! – просипел Као, пытаясь вонзить меч в башку порождения Хаоса…

- Так что ты сделаешь, Моллари? Взорвешь остров? – усмехнулся Морден.
- Вообще-то… - надо дать им еще несколько секунд… несколько секунд… - раз уж вы про это заговорили…, - Лондо выхватил трижды проклятое устройство с кнопкой, активирующей бомбы на Селини и развернулся…
- НЕТ! – завизжал Морден.
Лондо криво усмехнулся, и вдавил кнопку до отказа… Прощай Као, прощай любимый внук…. Прощайте мои отважные сограждане… Я вас не подведу… ЛЕВ ПРОСНЕТСЯ!

Као дотянулся и ударил, боль раздирала грудь, туманила взор… и тут пришел огонь и Као обнял пламя и стал пеплом…. Но почему-то все чувствовал, видел, слышал… Журчал ручек, заливался трелью лусцино, какая-то лужайка – навстречу шагнул Дед. Да, на вид ему было лет 17-18. Но это был ОН. И Его окутывал жемчужный свет.
- Идем, внук, я отведу тебя к товарищам…
- Так значит, Истинный Бог - Ты?!
- Бог – не Бог? – Дед пожал плечами, - но что-то из меня солидное все же получилось, - он усмехнулся и обнял Као.

18 лет и 9 дней до Обретения Бога. - За два дня до событий «Самой долгой ночи Лондо Моллари». «Вавилон-5».

Лондо плохо помнил, как прилетел на «Вавилон». Он, собственными руками убил своего внука… Неужто его грехи так тяжки, что он вот уже полвека терпит муку за мукой. Вновь нацепил на себя маску скучающего аристократа перед самой посадкой. Брякнул что-то циничное, но забавное Заку.  И тут же направился в бар.
Кэт только взглянула на него и сразу почти все поняла. Только и спросила:
- Кто?!
- Као, - прохрипел он. Она прижала руки к глазам и зарыдала. Он бросил пригоршню дукатов на столик – чтоб потом к Кэт начальство не цеплялось, перемахнул через стойку бара, обнял ее за плечи.
- Он ведь, всего пару недель назад тут носился, озоровал… И я накормила его настоящими ирландскими блюдами…
- Судьба распорядилась… Будь она проклята…. Будь проклята Вселенная! Будь прокляты все Боги!
Эту ночь Кэт провела у него. Они не занимались любовью. Просто лежали рядом. Она гладила его шрамы, перебирала волосы – седины-то – теперь придется подкрашиваться – Первый Министр как-никак - и они вдвоем вспоминали о Као… О каждом его озорстве, о каждой выходке, о каждом добром деле…. Он бормотал, как ему помогла ее настойка… Как визжал перед смертью Морден… Как подарил его башку Виру… Как убрали Картажу, и как здорово держался ГКар. Говорил о ГТоре и Нестории, о всех, кто добровольно остался на Селини…, о покойном Ипате Децио, рассказывал о Полимии – той на которой хотел жениться… О том, как стойко повела себя Тимов, восхищался в который раз любимой старшей сестрой… Говорил, а сердца рвались от боли, глаза застилала красная пелена и снова его поджидала Смерть.

ГКар узнал о судьбе мальчишки Као и ГТора от нарна из Службы Безопасности. А тот выведал про трагедию у своей подружки-официантки. Моллари так ничего и не говорил. По-прежнему, сцепив зубы, сносит все раны – и телесные и сердечные. Аристократ! Марк с Сюзанной несколько раз пытались его разговорить – все глупости нес или наоборот – наставлял. А тут Сюзанна чуть не погибла, а Марк-то можно сказать, умер. Теперь Ленньер каждый день подкатывает…. И ничего…. Опять что-то цедит… Ну хотя бы ему, ГКару все рассказал. Ведь свалишься, болван. Ну Кэт поплакался – она сама потом три дня на работу не ходила… Баба – существо слабое… Эх, Моллари, Моллари… Надо иногда горем своим с другом поделиться, а ты… И так все время настойки глотаешь – раньше даже вино в таких количествах не пил. И ведь до сих пор держится – отпускает циничные шуточки, умудрился сколотить коалицию и освободить земляшек, да и Альянс этот на тебе держится… на твоей воле, энергии и…. гении…. Ты же на ста с лишком языках говоришь и пишешь, все обычаи, традиции знаешь, сгоняешь стадо этих мелких рас в единое целое…. Без тебя – никаких содружеств не будет… Я – просто философ… А нужен организатор, вождь… Да и насчет Шеридана у ГКара сомнения появились… Не ошиблись ли они? Не приняли ли равнодушие за спокойную уверенность, которая была присуща Синклеру? Нет, сейчас пойду к Моллари и заставлю все рассказать. Хоть мне пусть горе свое выплачет… Умрет ведь! Все время  усмехается – а сам за сердце хватается… Да какое сердце такой груз вынесет… ГКар решительно стукнул в дверь.
-Вы-вывыыыдите!
Тьфу, опять пьяный в стельку. И где только деньги берет? Или у отца вино таскает?
Вир валялся на диване и хлебал бривари прямо из горлышка.
- Где Посол? – прорычал ГКар. Сейчас ведь, пакостник, ты Отцу как никогда нужен, а сам что творишь? Ну пришил Картажу и что?
- Он…эээ… ыыыы… пошл к свому новму приятлю, этому… как его…? ГКару…. Задно на почту завер… завур… заворнт… Ээээ… На  этот… прием, хотите запысатся… вон на столке… жу… жу.. жу…журнл….
Там бы и выдрал этого пьяного лентяя! Даже на почту Отца гоняет! НаТод мне не дочь была и Ленньер – Делен не сын, да разве ж они б позволили своим начальникам бегать за посылками?! Так бы и дал ему в морду… Страдает он, видите ли… Я первого центаврианина убил мне и 7 лет не было… Лондо в 12 лет уже в битве участвовал, а этот оболтус всю жизнь за Отцовской спиной прожил и сейчас тут пьяные истерики устраивает… Даже его не узнал… Новый приятель, вот как… Значит, пойду на почту, встречу Моллари, затащу к себе и заставлю выплакаться. Пусть посуду бьет, орет, что хочет делает, но я его…

Лондо опять постарался незаметно потереть грудь, когда взял в руки маленький сверток – вещи его Као… Из казармы… Прислали, как главе Рода…. Кирил-то опять в патрулирование ушел…. Великий Творец, вот и Кэт поправилась – что-то ей худо было несколько дней, а сейчас совсем уже неплохо держится… Привела докеров своих получать заказанные им карандаши и бумагу – для школы, которую он устроил на нижнем уровне…
Увидела его, махнула, я, мол сейчас… А что тут делает этот подонок Бестер? Все подыскивает дурачков для своего Пси-корпуса…
Моллари кивнул Кэт и начал медленно разворачивать тонкую ткань… Мундирчик и книжка…. И боль в сердцах…. Опять он эту порнографию читал – ведь сколько раз отнимал у него писанину этого Косери – похуже земного «Золотого осла» будет… Книжка раскрылась на любимых страницах. Великий Творец! Да это ж совсем другая повесть… он сам ей в детстве зачитывался… Крассо «Повесть о двух командирах»…. Это же здесь рассказывается о двух юных кентархах времен войны с Орионо, которые любили одну женщину. Один был тяжело ранен, и тогда его товарищ уложил его в мобиль, поставил тот на автопилот и отправил в штаб с документами, а сам погиб, оставшись один на один с целой ордой врагов. Девушка их в жрицы ушла, а товарищ так и остался холостяком… Помнится он еще плакал над этой книжкой, да Дед ему сказал, чтоб он слезы поберег для НАСТОЯЩЕГО Горя… И Као все время читал эту повесть, а делал вид, будто гадость какую-то листает… Всегда такой – с виду хулиганище, а на деле – золотая душа…. Вот нацарапал на последней странице - Дружбу надо доказывать делами, а не словами. Сердца защемило, жуткое подозрение вкралось в мысли…
Он положил книжку в карман кафтанчика… Что это? Записка, может быть? Карта? КАРТА?! ТУЗ-ЩИТ! Подменил…. Подменил… Приготовил значит, чтоб Лондо-младшего выручить, а получилось, что ему самому Туз-Щит выпал… А он и другую карту заготовил – трижды проклятый Меч – его и  показал… А эта осталась…. Вот и Лондо-младший кричал что-то, что сон у него неправильный – ведь это он должен был на остров ехать… А Као Судьбу обмухлевал…. Као….

Из дневника Альфреда Бестера.
Когда Моллари вытащил карту и весь побелел, хотя и белеть дальше некуда было, меня просто захлестнул ураган чувств, эмоций, воспоминаний. Моллари так ошалел, что у него рухнули все щиты и меня завертела пурга его горя – я увидел все его глазами, и покушение на Картажу и страшное решение и детей, тянущих жребий и прощание на космодроме… И вместе с Моллари понял, что его внук Као, подменил свою – счастливую карту, на ту, что сулила смерть, только б спасти товарища! Моллари оцепенел, превратился в мраморную статую, качнулся… К нему ринулась эта полулюда – Делен – Господи, она-то хоть бы в своих чувствах разобралась. Сама замуж выскочила за Шеридана, а о Леньере тоже мысли далеко не платонические, а уж Моллари… Этот для нее – свет в окошке. У полуминбарки тоже все щиты сорвало. Поддержала центаврианина.
- Лондо, дорогой мой, ты же вернулся к Свету….
Вот дура! Ему сейчас как раз до философий… Боже мой, это ж главная «Вавилона» официантка – мамаша чертового полукровки Серхо. Ну у нее никаких щитов вообще нет. Один только вихрь мыслей: «Лондо, дорогой! Я – простая ирландская девушка и своими парнями делиться не привыкла!» прямо чуть локтем в лицо этой Делен не заехала и кинулась своего центаврианина целовать, гладить. Она, значит, девушка, а он – многократный прадед – парень? Нда… Но тут все стихло. Нарн притащился. ГКар – он в последнее время с Моллари – не разлей вода… А нарны не только сами к телепатии не способны, но и чужие мысли глушат…. И Слава Богу – тут с ума можно сойти.
Моллари только и бормочет: «Као, внук, туз-щит…» и впился в детский мундирчик так его теперь разве что вместе с пальцами оторвешь… И карту эту проклятую стиснул….
- Что с ним?! – ревет ГКар.
- Посылка… С Центавра… Там вещи его внука, который был на Селини, когда…., - начал было кто-то почтовиков пояснять…
- Специально прислали! Гады! Чтоб добить его! – орал ГКар… - Кэт, бери его под руку, помогай мне, он и впрямь ведь бугай – Гарибальди правильно говорил – медведь прям какой-то… И тащи ко мне…
- А…
- Там опять его щенок пьяный валяется… Ему только этого не хватало.
Нарн поймал прямо за шиворот кого-то из своих, но со значком Службы Безопасности, – Живо беги к Франклину – пусть несется ко мне. Скажешь, Моллари худо – он поймет…
Нарн кивнул. Поклонился… центаврианину?! И скрылся…
- Као…., - бормотал тот, точно ума лишился и рукой, которой сжимал карту продолжал держаться за сердце…. Кэт и ГКар быстро его утащили. Полуминбарка еще пару минут втолковывала, что Моллари де вернулся к свету, пока какой-то работяга ее не заткнул.
- А он и есть СВЕТ. И БЫЛ!
Господи! Как я ненавижу Моллари и как уважаю его, как я завидую ему, завидую тому, какие у него прекрасные дети, внуки, племянники, какие верные друзья, какие мечты…. Как я уважаю его….

15-й год от Обретения Бога, Минбар, Штаб Англа'Шок. Заключение Сюзанны Ивановой

Божественный! Как я выла, как рыдала, когда все это прочитала…. Я сняла с руки часы, которые купил мне Као и целовала их так, будто это был сам несносный мальчуган… Есть люди, которые живут, точно тлеющие угольки – не греют, не светят, зато долго тащатся по своему Пути… А есть, ТАКИЕ, как… как сигнальная ракета – полыхнет ярким огнем в небесах и позовет – вперед, в бой! Као так и жил – как ракета – мало, но ярко, и врагов уложил за свои 9 годков поболее, чем иной ветеран…. Жизнь отдал за Родную планету, за счастье друга…. А Божественный все понял, а молчал… Так никому и не сказал…, что Као Судьбу обмухлевал… Я тоже, только с Кирилом поделюсь – Отец имеет право знать, что сын его двойной подвиг совершил! А Лондо-младшему и Фелите, да детям их – ни словечка… Могут ведь и на меч кинуться… Их же Божественный такими воспитал. Такими же, как Као… А памятник героям Селини – отменный получился. И Као там хорош – каким и помню, и нарн его… А на барельефах – битва с тенями и варлонцами и те стихи, что написал во время прощания с внуком Божественный. Я пробила связь с Кирилом, запустила ботинками в заглянувшего в мой кабинет рейнджера. Видеть вас всех не могу. Пока связь установится надо время убить…. Положила часы на стол, вытащила заветную бутылку лучшей «Столичной» и подняла тост за Као! За маленького, отважного Солдата! После третьей стопки в глазах замерцало и я увидела его, как наяву, только без мундирчика.
- Сюзанна, ты не бойся, водка тут не причем. Три стопки для тебя так – ерунда, ха! – он как обычно цинично ухмыльнулся.
- Меня Дед прислал. Ты ж ему молилась, насчет помощи. Ну он Вира, понятное дело припер. Словом, Император, ха! Моллари III выделил тебя для очистки 157 сектора три эскадрильи Сентри и два звена Ворчанов. Только ты сейчас же жир-тресту, ну бывшему, жир-тресту, ха! – звякни. А-то он подписать – подписал, да все одно – зажмет…, если ты снова не попросишь…. Потому Дед меня и прислал…
- Так ты что ж…
- Ну я у него теперь вестовой. С ТаДрогом. Не самому же ему мотаться… Я чуть было не удавился в этом раю, ха! от скуки. Просто заставил его взять себя в команду….
- Значит…
- Да ты не бойся, Сюзанна. Ты ж истинно верующая. Он тебя непременно в свою команду возьмет… Еще намотаешься… На службе у Жизни и Вечности не соскучишься… Ну, бывай, командор! – мальчишка вспыхнул жемчужным светом и исчез… И верно, даже Богу, нужен вестовой. Особенно, если Бог этот – Лондо Моллари.

0

12

Londo
Как хорошо,что я застала тебя в разделе... :) Слушай, а на форуме есть люди,которым интересна твоя тема?Знаешь почему я её не читаю?Потому что даже приблизительно не представляю что такое Вавилон5 и почему эта история с точки зрения каких-то Центавриан...

0

13

Можешь рассказать хотя бы что это?И о чём?Лично я так и не поняла даже фильм или книга  этот "Вавилон5"*Да простят мне мою неосведомлённость*

0

14

С 1992 года по 1998 год это был сериал. С виду дешевая фантастика, но очень-очень умная и трагичная. И много-много разных линий и точек зрения. Центаврианская Республика изначательно зхадумывалась как сместь Рима, Византии, России - что вообще-то неплохо получилось. Воины минбари - своего рода последние самураи (по типу фильм "Последний самурай") Варлонцы и Тени - самые древние цивилизации, но уже настолько оторвались от жизни, что разучилисбь любить, ненавидеть и только устраивают разюорки, в которые втягивают младшие расы. Земляне там вначале были хорошие персонажэи, но потом резко потянуло к своим, тем паче, что русских и англичан из землян поубирали (из сериала). История Центавра и Нарна - в чем-то история СССР и Афгана - есть и ненависть и дружба и путаница страшная и как говорится бары кашу заварили а следующим поколениям - расхлебывать... Рассказы писали писатели-фэнтезийцы, так что получились больше повести историко-бытовые (ну там Центавриане мочат императора Картажу, прям по-русски в стиле 18 века, как Петра 3, например.) Актеры прекрасно обрисовали характеры, а уж писатели постарались... Тем паче, что Ценавр и воины -минбарцы ближе к жанру фэнтези... Космос - так, фон...
Если надо - могу задешево - стоимость дисков и пересылки сериал кому выслать.

0

15

Кстати, музыка к сериалу отменная - почти к каждому монологу или диалогу своя тема...

0

16

Так...Уже лучше...Мне лично вообще нравится жанр фэнтези...Ток юмористическое...А к какому жанру ближе "Вавилон"?

0

17

Там смех и слезы в одном флаконе, за что рассказы и сериал нравятся. Скажем, серия, в которой Лондо разводится со своими супружницами (одну надо оставать для официальных выходов - дети уже выросли и своими семьями обзавелись, ну и решил он турнуть дамочек) - это прямо буффонада в стиле Луи де Фюнеса. А так достаточно трагично и оптимистично одновременно. Циничный юмор - это вообще в стиле Лондо. Да и вот в этом рассказе  быть Моллари начало казалось бы забавное, а потом жуткая трагедия... Всего поровну. Центавриане и те земляне, нарны и воины минбарцы, которые к ним присоединились - как бы Третий Пусть. Варлонцы - Пустота - домедитировались до того, что все органы отсохли:-), Тени - Хаос. А Центавр - Жизнь. А Жизнь она ж горе со счастьем пополам...
Еще мне рассказы нравятся, что они патриотичны, но без фашистских вывертов, и там очень много тем поднимается актуальных для России (имели в виду Британию, Россию, Германию) и достаточно здорово. Стоит ли трон - гражданской войны? ("Мундир"), Как развязываются межнациональные конфликты - "Солдат" и т. д. Умно написано... А В сериале шикарно обрисовали все темы и характеры... Ну все, байки иду - если что - мыльте на pirva@mail.ru
На неделе - работу по самые уши - у нас же в городе выборы ммммэра:-))),  а я системщик в облдуме... Фотки ретушировать, компы чинить - с ума можно будет сойти.... На форум только в выходные загляну. А почту каждый день смотрю...

0

18

Элизабет Хейдон
4 смерти Лондо Моллари
Глава 1.
ТАК НАДО….
192 год до обретения Бога.
Северо сразу понял, что эта девушка – Та Самая, Единственная… И также, с горечью осознал, что Она никогда не будет принадлежать ему. Гордая северянка с ледяными голубыми глазами в скромном алом платье послушницы… Он – император, он повелевает миллиардами, но никогда не сможет сжать в объятьях Свою женщину. Дело, вовсе не в обетах – император имел законное право освободить от клятв любую жрицу. Просто… просто, она никогда не согласится стать его женой… Боги, ВТОРОЙ женой! И зачем его только потянуло на ранний брак. Хотел доказать, что ты уже взрослый мужчина? Что ж, вот и смотри теперь на свою лЮбую, а коснуться не смей…
Став императором, Северо решил объехать самые древние храмы. Последние двести лет только и говорили о Пришествии Истинного Бога, который должен был родиться, явиться, сойти… во времена его царствования. Северо понятия не имел, что означают эти пророчества. Впрочем, одно он понимал четко – если что и нужно Республике, так это Сплоченность, и Истинный Бог – в подобном – фундамент… Можно, конечно, попытаться возвысить одного из старых Богов или создать вымышленный культ. Да только в Центаврианской Республике, где телепатия и провидческий дар – явления обыденные такой обман обернется злом…
Последней остановкой во время это паломничества стал Храм Плодородия и Жизни, который вроде как находился под покровительством жриц Ли и жрецов Венцена, а на деле был много древнее даже этих богов. Он был древним уже 7 тысяч лет назад, во времена войны с зонами. И каждый его камень хранил память далеких времен, когда предки Северо поклонялись самой Природе и ее Силам. Уж если где и искать следы Истинного, то здесь… в этом переполненном мощью самой Жизни месте…
Но ступив на древние плиты, он тут же позабыл обо всем. Потому что заметил Ее. Это была его половина… Но она не будет его… никогда… Северо злился на себя, злился на то, что решился явиться в этот храм, злился на гордыню Великих Домов, злился на свою коротенькую родословную... Он даже зря накричал на лучшего друга – Троано Моллари. Тот понял, что его государь отчего-то сердится и пробормотав что-то про мобили и охрану тихо ушел. Только печаль скользнула по его серым глазам… И теперь Императору было стыдно. Ведь Троано-то ни в чем не был виноват…
Он сам не заметил, как пересек храмовый дворик и очутился возле алтаря. Там стояла Она. Северо остановился, как вкопанный. Вот он шанс. Ну, возьми же себя в руки, император… Да, твой пра-прадед был простым торговцем, а Ее предки сражались с зонами за тысячи лет до того, как имена твоих впервые появились в летописях, а не в бухгалтерских книгах.
Император прокашлялся. Она не обратила внимания на его жалкую попытку. продолжая украшать алтарь цветами. Только уложив последний бутон, девушка в алом повернулась к нему и грациозно поклонилась, окинув его взором похожих на чистый лед голубых глаз. В ее взгляде скользнула смешинка.
- Что желает Его Величество?
Северо облизал пересохшие губы.
- Поговорить.
Она вскинула тонкую бровь
- Поговорить?
- Я… я хочу, чтобы ты, Телема (он заранее узнал Ее имя у старшей жрицы), стала женой… - Ну вот… Все, главное сказано. Пожалуй более тяжкого испытания ему более не выпадет…
Она снова окинула его взглядом своих насмешливых, волевых, светло-голубых глаз.
- Второй?
- А? Э?...
- Второй женой?
В этот момент Северо был готов убить собственными руками супругу, которую еще вчера считал удачным выбором. Да только Она ведь все поймет, и как ему тогда смотреть в эти снежные глаза… Кто он такой?  Ничтожный потомок ничтожных купчишек… Как посмел… Он уставился в сумеречное небо. Серое, как… как глаза Троано! Вот оно! Если он не может стать мужем этой суровой, как сам север красавицы, что мешает ему сосватать своего преданного друга. Да, Она не будет принадлежать Ему, но станет супругой самого близкого к императору человека…
Он снова прокашлялся  и теперь без тени смущения заявил:
- Я имел в виду не себя…
- Неужели? – опять эти холодные смешинки в прекрасных глазах.
- Да. – Северо взял себя в руки. Вот так, сейчас отдашь ту Единственную, которую любишь лучшему другу. – Я имел в виду благородного архонта Моллари, моего друга. Который сопровождает меня в этом паломничестве.
- Троано?
Ну да, конечно, Телема Тулари отлично знает нынешнего главу Дома Моллари.
- Его отец погиб вместе с Вашим? – неожиданно спросила девушка.
- Да. Во время покушения он стоял рядом… Пытался прикрыть, но стреляли сразу несколько снайперов. – Северо невольно провел рукой по глазам. Как он сам уцелел в той бойне? Если бы не верный гвардеец, успевший повалить его на пол… А отец и его первый министр – Серхо Моллари – были буквально изрешечены отравленными пулями.
- Вам, наверное. Известно, Ваше Величество, что я собираюсь стать жрицей? – ее голос немного потеплел.
- Разумеется. Мне известно и то, что вы предпочли послушничество вместо воспитания при дворе… Если честно, - Северо осмелился поднять голову и встретить взгляд ее похожих на чистые льдинки глаз, - я и сам рад, что рос в военной школе. Двор… двор…
- Двор – просто роскошный бордель.
- Да… И что делать, ума не приложу… Если бы вы согласились стать женой моего друга…, - неожиданно Северо понял, ЧТО поможет ему добиться ее «ДА»,  - то у меня было бы два верных, надежных и мудрых советника, вместо одного.
Тулари были одним из 50 самых Первых домой. Как и Моллари. Это они созывали ополчение и стали во главе войска, нанесшего первое серьезное поражение зонам и отбросили захватчиков в западные земли. Это главы первых Домов избрали первого Императора и учредили Старую Республику. Большинство не выдержали испытания славой. Да и трудно на протяжении сотен и сотен лет поколение за поколением оставаться теми, кто Служит. Предпочитать роскоши дворцов походные палатки, вечную весну Родного мира – опасностям и угрозам чужих планет. Трудно не зарасти жирком, не погрязнуть в интригах и считать своей привилегией не место при императорском дворе, а право первым идти в бой. Моллари и Тулари походили на древние клинки. Не затупились, не сломались, не покрылись ржавчиной растления. Честь и Служение Республике диктовали все их поступки.
Так может объединение этих Великих Домов и в самом деле пойдет во Благо Республике? И, он, император Северо 1 не просто так принял это решение? Может, его подтолкнули к нему древние Силы, все еще царящие в этом месте?
- Ваше величество, - Телема поклонилась, - я понимаю, что вы уже все обдумали, но все же прошу вас оставить последнее слово за мной… Точнее, за моей богиней…
- Клянусь, что решение будет вашим, - Северо склонился над Ее рукой, а потом еще долго смотрел вслед девушке.

Телема уже утром, когда прибыли император и его друг поняла, что ее жизнь станет иной… И причиной перемен будет не монарх, а его высокий сильный сероглазый товарищ. Не то, чтобы Троано ей не нравился – все дело было в том, что он … слишком уж прост для посланника высших сил. Или нет? Девушка заторопилась по садовой тропинке. Обе луны холодно взирали с ночного неба, заливая окрестности белым чистым светом.. Ну, вот, наконец, древняя статуя с мраморным алтарем. Изваяние Великой Матери, которую теперь невежды называли и Иларус, и Ли, и Коли и кто его знает еще какими именам, стояло здесь еще до учреждения Старой Республики. И когда-то она была и той Силой, что дарила плодородие земле, покровительствовала всему, что Жило, воспламеняла Страсть и Любовь… Теперь лишь немногие жрицы знали о ее истинной сути…
Телема вынула тонкий кинжал, украшенный драгоценными камнями, сделала надрез на ладони и сжав кулак стала ждать пока наполнится ее кровью выточенное в камне углубление. «Как странно, - подумала девушка, - судя по семейным преданиям клинок кинжала выковал основатель Дома Моллари.» Еще она не раз слышала о каких-то смутных и очень древних пророчествах, связанных с этим Родом. Оставалось только диву даваться, как вдруг стали сплетаться нити до того неведомого узора. Она стала послушницей древнейшего храма, потому что ее семья, всегда тесно связанная со жречеством – давно занималась поисками пророчеств, имеющих отношение к Истинному Богу. И вот, император приехал сюда за ответами на те же вопросы…
Кое-какие пророчества были известны только Роду Телемы… Истинный Бог обретет свое предназначение в каком-то сакральном месте. Вот только что это за место – храм, простая харчевня или обычная рощица никто уже не знал. О том, что Истинный Бог снизошел на Центавр возвестят три чуда… Какие – опять же никто не знал…
- Великая мать! Как мне поступить? Я всегда верно служила и буду служить Тебе и нашей земле, - мысленно воззвала Телема. – Должна ли я стать женой архонта Моллари?
Она повторяла и повторяла слова молитвы до тех пор пока на нее не снизошел странный покой… Лунные лучи осветили лицо статуи. Телема видела его сотни раз, но сейчас, оно, неподвластное времени, лицо юной девы и мудрой старухи, лицо цветения и увядания вдруг показалось живым. Губы шевельнулись:
«Да. Должна, моя верная дочь…Так надо…»
Телема опешила. Богиня… ответила? Она вгляделась в статую, но она вновь казалась просто мраморным изваянием…

Северо растолкал Троано.
- Живо, просыпайся. Где твой парадный мундир?
- Ваше величество…? – друг озадаченно уставился на монарха.
- Прекрати глупо хлопать глазами. Ей это не понравится…
- Ей? Кому?
- Твоей невесте!
- У меня нет невесты!
- Уже есть! Верховная жрица только что приходила ко мне. Телема согласилась стать твоей женой!
- Ну… как прикажете…
- Как прикажете?! – взвился Северо. – Да это же самая прекрасная, самая умная девушка во всей Республике…
- Так женитесь на ней сами…
Лицо Северо дернулось. Сел на скамейку – в древнем храме кельи не блистали роскошью. – Она никогда не станет ВТОРОЙ женой. Тем более… тем более ты подходишь ей лучше… Вы представители Первых Родов. Ваши предки основали Республику.
- А, Телема Тулари! Семейство у них строгое, - хмыкнул Троано. – Куча жрецов, пророчиц… Мне даже как-то боязно… Нет, если конечно, так надо…
- Именно. НАДО!
- С другой стороны, она красивая и молодая, - продолжил рассуждать Троано роясь в своем сундучке, - а чего еще желать? Только боюсь, теперь именно она станет вашим СОВЕТНИКОМ…
Северо вопросительно приподнял брови.
- Мое дело служить, - сверкнул серыми глазами Моллари. – А вот Телема славится своим умом и образованием. Быть мне… хм… подкаблучником
- Тебе что хочется жениться на пустоголовой дуре? – свирепо осведомился Северо,  - а потом еще сомневаться в том, твоих ли детей она выносила? Телема – не только умна, но и порядочна!
- Да я что, возражаю? Она мне всегда нравилась. Только…
- Хватит! Она умна, красива, честна, знатна и у нее сильная воля. Я думаю, что у вас родятся прекрасные, замечательные дети. И внуки. Ты готов? Идем. Обряд проведем здесь… Кто бы думал, что наше паломничество закончится свадьбой и ты вернешься в поместье с молодой красавицей-женой.
- От Судьбы не уйдешь, - вздохнул Троано, расправляя кафтан.
- Дурень! – отрезал Северо.

Глава 2
ВНУК-ШАЛОПАЙ
83-й год до Обретения Бога.
Кней Дромо потел. Вздыхал. Краснел. Словом, пропадал. Голографическая указка – он же не этот бешеный придурок Лондо, чтобы тыкать на экзамене пальцем – медленно ползла по трехмерному изображения 8-го сектора…
- Не, Урза, ты погляди на этого идиота Кнея. Пока он проведет свой флот к системе Талонус там все звезды успеют остыть! – реплика сопровождалась жизнерадостным хохотом, который, казалось проникал во все уголки аудитории.
- Архонтопал Моллари, соблюдайте тишину! – пытаясь впустить в свой голос строгие нотки и с трудом удерживаясь от ухмылки рявкнул Ипат Децио.
- Есть! – гаркнул вышеупомянутый недоросль, да так громко, что задребезжали оконные стекла.
Кней вздрогнул и замер.
Император Северо погладил свою длинную бородку и  с сарказмом заметил:
- Итак, юноша, вы считаете, что уже выполнили задачу?
- Я… э…, - начал Дромо, - я думаю, здесь надо остановиться. Да… Остановиться. Флот… э… пополнит запасы…
- Вы уже делали это в соседней системе. Или забыли? – язвительно осведомился Децио.
- Я… э… полагаю, что отдых.. да… - В этот момент что-то ударило Кнея по затылку и Моллари заорал:
- Ага! Попал!
Дромо завизжал, словно животное на бойне, и скрючился на полу, выронив указку.
- Лондо!
- Да, Ваше Величество!
- Что ты делаешь? Бедняжка Кней вот-вот обмочится…
- Ха-ха-ха…. Простите, Ваше Величество. Я просто запустил в него бумажный самолетик. И все.
- Зачем?
- Да пока он тащится с остановками, вражеский флот вот так вот зайдет к нему в тыл и врежет! – Лондо резко развернулся и огрел толстым томом «Стратегикона», сидевшего позади курсанта.
- Интересно, - тихо поинтересовался Северо, - сколько этот негодник способен усидеть спокойно?
- Полторы секунды, ваше величество, - ухмыльнулся Децио. – Проверено всеми менторами в течение 8 лет. Впрочем, есть исключение…
- Постой, я сам скажу – концерты и оперы…
- Так точно, Ваше Величество. Там наш неугомонный являет собой образец кротости. Я даже выиграл пари. Скорее всего, любовь к хорошей музыке досталась ему от его матери… Пусть она родительница – худшая из худших, но поэтесса – невероятно талантливая…
- Только талант этот Республике не служит, - Северо потеребил бородку, - Знаешь, Децио, я начинаю верить в пророчества. Если кто и умудрится отыскать Истинного Бога, так это наш шалопай. А не найдет – так умыкнет у кого-нибудь и на веревке притащит. Ну а в случае отсутствия оного в галактике он САМ им станет.
За время этой краткой беседы юный Моллари успел опрокинуть чернильницу на голову другого курсанта – это ж надо за два часа всего пару строчек написал?! -  и прижав к горлу несчастного ручку зловеще осведомиться:
- Сдаешься?!
Дромо перестал повизгивать и начал шарить по полу в поисках указки.
- Мне думается, вы зря суетитесь, молодой Дромо, - строго заметил Северо. – Экзамен по тактике вам придется пересдавать… Архонтопал Моллари был совершенно прав. Выбранный вами маршрут абсолютно неверен.
- Что я говорил! – проорал Лондо и попытался заглянуть в записи курсантов, от которых его отделяло два ряда. Он вскочил на ноги и полез было на стол, так что звякнули его медали и орден за операцию на Бете. Но Андро Ланас и Урза Джаддо были готовы к выходке товарища и схватив его за брюки втащили назад на скамейку.
- Я думаю, нам надо вызвать нашего юного папашу сейчас. Пока он не перебил половину однокашников, не устроил дуэль и не сломал мебель, - хмыкнул Северо.
Децио улыбнулся.
- Разумеется, Ваше величество. Тем более, что за окном толчется парочка, которая ждет его не дождется…
- А, его слуга – Дансени, правильно?  И маленький Прово…
- Лондо! Ты готов?
- Я-то, Ипат Децио? Да в любой момент!
- Тогда живо спускайся.
- А они? – Лондо кивнул на своих верных друзей.
- И они пусть спускаются.
На сей раз неугомонный герой Беты застал товарищей врасплох, сиганув через пару рядов и попутно умудрившись наградить зазевавшихся однокашников несколькими щелбанами. Урза и Андро рванулись вслед за другом.
Лондо съехал со стола в первом ряду, занес было ногу, намереваясь пнуть вновь начавшего повизгивать Дромо, потом передумал, встал на вытяжку и лихо щелкнул каблуками.
- Архонтопал Моллари явился в ваше распоряжение, мой Император!
Подоспевшие друзья встали у него по бокам.
- Я думаю, - хитро прищурился Северо, что сейчас нам стоит позаботиться о секретности. Наверняка, наш малолетний папаша… «Я, что ль?» - пробормотал неутомимый Лондо – выдаст какое-то чертовски интересное решение своей задачи. Которое непременно пригодится в будущей баталии. А лишние уши…
- Все понятно, - Децио включил поле, отрезавшее кафедру от остальной аудитории.
- Ну-с, мой молодой герой. Давай свою заявку.
Лондо шмякнул на стол информационный кристалл.
- Лондо! Кристаллы не из алмазов делают, - напомнил ему Децио.
- Простите, Ипат!
- И что у нас тут? Эге! – крякнул Северо. – Эту задачку никто не брался решать уже лет 100. Одновременное вторжение с трех направлений, при наличии лишь одного флота, сосредоточенного в одном месте. Итак…
- О, Боги! Лондо, ты какие параметры задал?! – воскликнул Децио
- Огневая мощь противника в 10 раз превышает мою. Всего в десять, достопочтенный Ипат, а?
- Великий Творец! Даже твой друг Урза превысил огневую мощь врага всего в 2 с половиной раза и то от его флота осталось меньше половины.
- Я хочу попробовать, Ваше Величество, достопочтенный Ипат Децио… Пожалуйста! – взмолился юный шалопай. – Я обязательно их разобью…
- Хорошо. Но если проиграешь – отправлю в карцер на недельку, - рявкнул Северо. – Пощады не жди. Вводи свои данные для сектора Орионо.
Лондо повиновался. Над столом зависло трехмерное изображение.
- Итак, - Северо подхватил указку, - силы противника будут атаковать тебя здесь, здесь и здесь. Твой флот расположен на Орионо II. Какими силами ты располагаешь?
Моллари запустил пятерню в и без того стоявшие торчком короткие волосы и ткнув пальцем в расположение своего отряда скомандовал компьютеру. «Вывести данные по Пурпурному флоту»
Рядом с голограммой тут же заскользили строчки.
- Лондо! Опомнись! Удвой свой флот, - заявил Децио.
- Не… Попробую так. В жизни-то удвоить не дадут…
- Разумно… Итак, у тебя в распоряжении 4 эскадрильи истребителей «Сентри», две эскадрильи тяжелых штурмовиков класса «Рутариан», 8 тяжелых дромонов типа «Ворчан», 4 «Примаса». И все. Что ж, юный гений, выкладывай, что будешь делать. Учти, противник нацелился на три системы.
Лондо уставился на голограмму и принялся с усердием грызть ногти. Когда наследник Дома Моллари добрался до фамильного перстня, в его глазах вспыхнул азартный огонек, он откусил заусенец и вздохнув расправил широкие плечи.
- Я готов отвечать.
Северо и Децио переглянулись и молча кивнули.
- Так. Сил у меня мало, а надо прикрыть три системы. Так как мой флот находится у Орионо 2 – во внутренних областях сектора, Я не успею разбить противника по частям. Поэтому я разделю свой флот.
Северо вскинул брови. Децио забарабанил пальцами по столу.
- Да, разделю. Я понимаю, это строго запрещено всеми уставами, но это – единственный выход. «Примасы», заберут все эскадрильи «Сентри».
- Лондо, они способны нести по 12 истребителей…
- Да, знаю. И по два челнока. Я сброшу челноки и вместо них заберу «Сентри»…
Децио подался вперед и перестал постукивать пальцами. В его глазах загорелся огонек любопытства. Северо откинулся на спинку стула и выглядел как ребенок ожидающий подарка к празднику Двух Лун.
- Вот, - продолжил Лондо. – Один «Примас» пойдет к Орионо 5,  три – к Орионо 8…
- Постой, - прервал его Северо, - ты кажется, перепутал системы.
- Нет, Ваше Величество. Я прекрасно знаю, что на Орионо 5 расположены наши лучшие верфи, а Орионо 8 – роскошный курорт. Но в этом-то все и дело. Противник тоже так считает. Потому, на Орионо 8 отправит малые силы. Три «Примаса» быстро с ними разделаются и сразу прыгнут к Орионо 5. - Лондо встряхнул лохматой головой. – Четыре «Примаса» способны разнести вдребезги целую планету. Ну а мои «Ворчаны» и «Рутарианы» пойдут к месту главного вражеского прорыва.
- Они могут не успеть.
- Я сброшу практически все запасы горючего, запасных частей, даже 10% боезапаса… Это повысит их скорость и маневренность…
- А как ты собираешься добираться домой?
- Если битва будет выиграна – вызовем буксиры и ремонтные суда. Если проиграна… - Лондо пожал плечами. – Словом, «Ворчаны» и «Рутарианы» будут сдерживать силы вторжения до прибытия «Примасов». По моим расчетам по меньшей мере три тяжелых дромона должны будут уцелеть в двух предыдущих сражения. А может и все четыре. Ну вот. Можно запускать программу, Ваше Величество?
- Запускай! Проклятье, если твоя затея сработает, получишь с дружками трехдневный отпуск, пощеголяешь перед родными новенькими погонами субцентуриона!
Лондо ткнул пальцем в голограмму и скомандовал: «Начать симуляцию!»
Его флот быстро разделился на три группки. «Примасы» открыли проходы в гиперпространстве и устремились к своим целям. «Ворчаны» и «Рутарианы» воспользовались «вратами». Как и предсказывал Лондо, противник обрушил почти всю свою мощь на основной флот. Но облегченные корабли маневрировали на бешеных скоростях, успевая наносить удар за ударом по наиболее сильным вражеским судам. Тяжелей всего пришлось единственному «Примасу» с двумя эскадрильями «Сентри», оборонявшему Орионо 5. Он потерял половину истребителей и получил серьезные повреждения, заставившие умолкнуть практически все 8 ионных орудий. Лондо столь усердно грыз ноготь, что практически содрал его. Андро выхватил платок и замотал другу палец.
В этот момент три «Примаса» разделались с небольшим отрядом, посланным на Орионо 8. И прыгнули к Орионо 5.
Разгром противника стал неизбежен. «Ворчаны» и «Рутарианы» продержались до подхода тяжелых дромонов, хотя их потери и составили почти 40%. Зато флот вторжения был уничтожен полностью.
Северо молча встал, обнял молодого Моллари и расцеловал его в обе щеки.
- Умница! Спасибо тебе, мальчик, потешил старика!
- Но риск-то! – хмыкнул Децио.
- Ну, - Лондо даже раскраснелся, - я вообще-то рассчитывал на потерю по меньшей мере половины флота, а выходит, даже все «Примасы» уцелели.
- Нет, ну каков, а?! – воскликнул Северо. – Ты же просто чудо сотворил. Посмотри, сколько прекрасных решений в одной-то задачке. Все. Как получишь погоны и принесешь присягу, отправляйся со своими приятелями домой. Три дня передохни, а я подумаю пока в какой флот вас определить. Дерзайте, мальчики, на вас – вся надежда!
- Спасибо, Ваше Величество! – рявкнули три молодых баска и неразлучные друзья щелкнули каблуками. Урза и Андро рванулись к двери, Лондо не стал утруждаться, а попросту выпрыгнул в окно, угодив в объятья младшего братишки.

Глава 3.
ЛЕГЕНДА.
83-й год до Обретения Бога. Тот же день.
Лондо подхватил Прово на руки, усадил на плечо и воскликнул:
- Все! Сдал! Сдал! Сдал! – резко развернулся к Дансени и облапил его одной рукой. – а ты вчера ворчал! Знаешь, как здорово все вышло! Эх, кабы битва настоящая была…
- Успеем еще навоеваться, - пробурчал Дансени.
- Опять ворчишь?! – сдвинул густые брови Лондо.
- Надо же, кому-то вас, с небес на землю сдергивать, - ухмыльнулся молоденький слуга.
- Лондо! – вопил брат, - а я, тоже открытие сделал!
- Да ты что? – Лондо стянул Прово с плеча. Мальчик сел на скамеечку, поправил свои нелепые круглые очки и вытащил из-за пазухи потрепанную старую книжку с содранным переплетом.
- Понимаешь, пока ты вчера вечером свою задачу составлял, я в вашей библиотеке копался…
Урза хмыкнул
- Таааак! Судя по всему попойка откладывается на пару часов, пока Лондо не натешит своего братика.
- Он его любит! – возмутился Андро.
- Балует он его! Мелюзгу эту в строгости надо держать…
- Да ладно тебе. Давай послушаем, чем Прово там хвалится. Он может и маленький, а умный.
Лондо плюхнулся прямо в пыль, чтобы братишке не пришлось задирать голову и принялся катать по кругу какой-то камешек.
- Валяй, малыш! Просвети своего старшего брата!
Северо кивком указал Децио на окно.
- Вот за это я люблю нашего шалопая еще больше… Он просто обожает младшего брата. И смотри, плевать хотел на наших захамевших снобов – при всех слугу своего обнимает. Вон наследничка Рифы просто перекосило…
- Как он замечательно сказал три дня назад, когда сдавал свой зачет по философии? Честному гражданину нет более награды, чем быть частью народа простого! Разве рубин станет хуже, если не похвалить его? А золото? А «звездные кружева»? Они прекрасны сами по себе! Так к чему кичиться происхождением? Ведь честь и славу добыли предки, а сам я пока мало чего свершил.
- За что его чуть было не выгнали из аудитории, - ухмыльнулся Северо. Впрочем, мальчик погорячился. Он УЖЕ многое и сам успел свершить. Одна его атака во время битвы за Бету многого стоит. А нынешний экзамен вполне возможно спасет в будущем тысячи наших сограждан…
- Согласен, Ваше Величество! Только неспокойно мне за него. Слишком сильно он любит, слишком ярко живет…
- Слишком ярко, говоришь? А может, так и надо? Он бы на моем месте, наверняка уже Новую Республику создал. А я все боюсь лишний раз поперек знати пойти…

- Вот, смотри, что ту написано: «Считалось, что в древности вождь племени должен был получить благословение духов планеты и провести ночь в сакральном месте. Ежели оставался он живым, то получал великую власть.»
- И чего отсюда следует?  - зевнул Лондо и прицелившись запустил камушком в пытавшегося проскользнуть мимо Кнея. Дромо истерично взвизгнул и заметался по двору. Лондо начал хохотать. – Это ж просто галька, идиот! Может тебе следует еще 8 лет поучиться, а? Вдруг, пара мыслей в голове задержится…
- Брось его задирать, Лондо! – Урза сел рядом с другом. – Он трус. И подлец. А такие, если их  в угол загнать…
- Я вообще не понимаю, чего он от меня шарахается, как от… от бешеного нарна…
- Я, тоже, - вздохнул Урза.
Дромо споткнулся и растянулся на плацу. Встав на четвереньки принялся собирать рассыпавшиеся учебники. Кто-то подобрал несколько книг и протянул их ему.
- Ваше?
- Угу! – кивнул Кней.
- Я, конечно, могу показаться назойливым, - продолжил парень в сером кафтане – учился в административных, не военных классах, - но я никак не могу понять, достопочтенный архонтопал, почему вы так панически боитесь этого придурковатого бугая?
- С кем имею…? – начал Кней, вставая на ноги и отряхиваясь от пыли.
- Архонтопал Рифа. Увы, теперь наследник главы Рода. Мой старший брат внезапно умер – скорее всего много выпил, сразу оба сердца остановились, про среднего вы, наверное, знаете – такая авария… - паралич на всю жизнь…
- Послушайте, Рифа, я его не боюсь. Я просто… просто…
- Так бросьте ему вызов. Он вас пару раз пырнет, а потом потащит на дружескую пьянку, после чего решит, что вы – его приятель до гроба.
Кней побледнел.
- Что с вами? – участливо осведомился собеседник.
- Я не стану его вызывать… Никогда…
- Да на вас лица нет!
- А что вы хотите?! – взорвался Дромо – я же все видел, все! В этом проклятом сне!
- У вас был сон о смерти? И этот амбал Лондо… вас…
- Да! Он меня убьет!
- Успокойтесь! Тем более, что судьбу можно изменить…
- Не говорите ерунды…
- Почему же? Если вы убьете его, то он уже не убьет вас, - хитро улыбнулся одними губами архонтопал Рифа.

- Так вот, - сияя завершил Прово, - я вспомнил, как на прошлом празднике Урожая, когда отец брал меня с собой, старые крестьяне говорили, что де в нашем лесу есть полянка, на которой нельзя ночевать. Мол, она проклята, заклята… Кто там уснет – непременно умрет.
- Старики любят байки травить! И не только крестьяне. Наш дед как начнет про какую-нибудь охоту болтать… Даже Северо, порой, заносит…
- Лондо! Так ведь лес-то у нас древний! Может та полянка и есть сакральное место.
Лондо стянул брата со скамейки и прижал к себе.
- Ну что ты со сказками носишься? Просто кто-то из крестьян там капканы ставит, вот и слушок пустили, чтоб никто не ходил туда.
- Какие капканы! Я запросил у компьютера сведения за последние триста лет. Так вот. На этой полянке действительно уже сто с лишним лет никто не ночует. Вот, посмотри распечатку. Она возле того озера, которое согласно легендам, появилось на месте погибшей во время войны с зонами столицы - Велаша.
- Ну и?
- А вот читай – это указ нашего с тобой прадеда. Он строго приказал, там не ночевать. Потому что какие-то его гости после охоты там лагерь разбили. Ну и утром их нашли. Мертвыми! – Прово снял очки. – Запотели, - добавил он.
- Дай, - Лондо стянул с себя алый шелковый шарф и принялся надраивать
стекла. – И не пугай себя страшилками. Ну мертвыми нашли. Мало ли что бывает. Может, их ограбили…
- Нет! Один вроде как захлебнулся, а другой – сгорел.
- Ну, их просто кто-то убил. Знаешь, я тебе докажу, что полянка эта – самая что ни на есть обычная. Я там переночую!
- Не надо, Лондо!
- Почему это? Лес наш? Наш. Я имею право и хочу взглянуть на это чудо…
- А вдруг все правда? – прошептал Прово.
- Если и правда, то опять же, мне-то что? Я наследник своего отца – значит – типа древнего вождя. Тогда мне даже надо там переночевать. Ты забыл, что мы Моллари? Моллари всегда идут до конца! Вот твои очки. И пойдем, я тебя к сестре отведу, а сам с ребятами…
- Напьешься? – с неодобрением закончил за него Прово.
- Конечно, мой маленький! Я ж все экзамены сдал, завтра первые погоны получу. А по такому случаю выпить НАДО!

Глава 4.
ПРОЙТИ ДО КОНЦА…
83-й год до Обретения Бога. Следующий вечер.
Лондо много чего хотел. Выпить несколько бокалов вина. Снова предаться любовным утехам с Ладирой. И разбить вдребезги будильник. Но разбивай – не разбивай, а надо вставать и собираться. Утром он получил из рук Северо свои первые погоны. Он теперь суб-центурион. Командир эскадрильи. Он тихо выскользнул из кровати, стараясь не будить любовницу. Ладира томно потянулась и погладила его по спине.
- Уже пора?
- Ага! – Он склонился над ней и поцеловал в губы.
- Лондо, не делай того, что задумал…
- А? Я ничего не задумал.
- Понимаешь, если ты встанешь на этот путь, то уже не свернешь.
- А мы, Моллари такие, идем до конца. И вообще, не морочь мне голову загадками. Лучше скажи, я стану стратилатом?
С улицы донеслись назойливые гудки двух мобилей. Так, примчались по его душу…
- Ты будешь стратилатом, - пробормотала сонная Ладира.
- Вот за это спасибо, - Лондо торопливо натянул сапоги и покрыл поцелуями шею своей пассии.
- Ох, Лондо, ты великий любовник, - промурлыкала молодая пророчица. – И ты будешь стратилатом…
- Мне пора… К тому же сейчас может нагрянуть твой супруг…
- Пусть катится к черту…
- Увы, хотя я желаю того же, он скоро прикатит домой, а не к черту.
Лондо в последний раз впился ей в губы и зашагал к двери.
- Да, дорогой, ты будешь стратилатом, - рассуждала полусонная пророчица, сопровождая свои слова взмахами руки, - ты будешь послом, ты будешь первым министром, ты будешь императором, ты будешь Спас…, - Ладира неожиданно широко распахнула глаза и не обращая внимания на наготу побежала к окну.
- Лондо, не делай этого! Ты сам не понимаешь, на что идешь!
Но оба мобиля уже скрылись за поворотом, увозя ее лихого поклонника навстречу Судьбе…

Лондо остановил свой мобиль на краю владений Моллари.
- Так, Дансени, берешь Прово и дуешь домой. Мы приедем завтра утром. Надо бы порыбачить…
Слуга хитро прищурился.
- Вы бы врать поучились, ваше благородие. Небось очередную дурость задумали?
- Не дурость! Я ж, сказал, хочу друзьям наши угодья показать. Может, порыбачим. В Серебрянке искупаемся. Вот зашвырнут нас в патруль где-нибудь в глубоком космосе – по каждому листочку скучать, выть будем! Дай мне напоследок родным воздухом подышать. И с мобилем поаккуратней. Я хотел сказать, Прово-то спит. Смотри, не разбуди…
Выждав полчаса, Лондо растолкал задремавших друзей и заявил:
- Ну а мы поедем на эту полянку! Я докажу братику, что бояться нечего, - он встряхнул листом, с планом, где означенный лужок был обведен красным карандашом.
- Может не надо, Лондо, - начал было Андро, - а вдруг легенды не врут?
- Врут! – убежденно заявил Лондо. – Ну ты сам подумай. Шляться по полянке этой можно, а засыпать – нельзя! С чего бы это? А тех охотников, скорее всего просто убили, а свалили все на суеверия… Мы – Львы Галактики! А вы боитесь стариковских баек! – Он запрыгнул на сиденье водителя и включил гравимотор. Мобиль бесшумно поднялся в воздух и помчался вглубь леса. Две луны медленно всплывали в ночном небе…

Лондо приземлился шагов за десять до искомой цели.
- Ага! Вот она – эта ужжжжасная полянка! – хохотнул он.
- Вообще-то, мне как-то неуютно, - сознался Урза. – Давай приедем сюда завтра днем и ты…
- Завтра днем мы будем праздновать начало нашей Службы! И послезавтра. А потом – мы уже перестанем быть просто Лондо, просто Урзой, просто Андро, а станем субцентурионами, командирами эскадрилий! Кстати, Ладира сказала, что я буду стратилатом.
Урза снова поежился. Андро вздохнул.
- А вообще, тебе не страшно шашни крутить с пророчицей? – спросил юный Ланас.
- А чего – женщина, как женщина. Ну заносит ее иногда. Но любовница она хорошая. Ее же муженьку 122-й год пошел! Понятное дело – по мужским ласкам она истосковалась… - Лондо скинул кафтан, жилетку и повесил их на ближайший куст, а сам повалился в центре поляны.
- Ну и трава тут мягкая… Красота… Ложитесь рядом, болваны. В космосе такого нет!
Урза и Андро переглянулись. Они еще вчера сговорились, что спать не будут, если Лондо станет настаивать на этой глупости, а когда друг вырубится – а Лондо умел засыпать крепко и в любом месте, - привязать к его ноге веревку и в случае чего вытянуть со зловещей поляны.
- Знаешь, мы пока тут посидим. Костерок разведем.
- А, дело ваше… А Луны-то какие, прямо как глаза, - пробормотал Лондо, и начал сдирать бинт с пальца.
- Ну что ты делаешь? – возмутился Андро. – Опять кровь пойдет.
- Черт с ней… Хочу всеми пальцами травку эту погладить…
Урза быстро набрал сушняк и зажег небольшой костер.
Лондо тем временем сбросил сапоги и раскинул руки.
- Так бы и лежал всю жизнь! – неразборчиво произнес он. Кровь с расковыренного пальца тоненькой струйкой просачивалась в землю. Андро зевнул. Урза почувствовал, как веки наливаются свинцом… перед глазами друзей кружили две полные луны, похожие на глаза какого-то могучего духа.
Ланаса и Джаддо сон сморил мгновенно. Словно накрыл их теплым, душистым одеялом.
Лондо к тому времени уже счастливо сопел.
Кровь с его пальца продолжала капать на землю….

«Избранник! Он явился!»
«Он еще не прошел испытания!»
«Пройдет… Я чувствую!»
«Он должен… Иного выхода нет… Для его народа»
«Но готов ли он?»
- Странные голоса, - думал полусонный Лондо, - кого это они обсуждают? Неожиданно его что-то встряхнуло. Что-то слабое и могучее одновременно. Обжигающе горячее и влажное. Лондо разлепил глаза. Все та же полянка. Неподалеку храпят друзья, а это что? Он скосил взгляд. Около него кто-то стоит. Уж конечно, не разбойники, которые прикончили гостей прапрадеда. Может, браконьеры?
- Просыпайся, Лондо Моллари! Вставай! – голос женский. И очень даже привлекательный. Очень… Лондо вскочил и принялся заправлять в брюки рубашку, одновременно пытаясь вспомнить куда он забросил сапоги и разглядеть неожиданных собеседников.
Женщина. Красивая донельзя. И четыре мужчины. Один – совсем старик. Другой – с огненно-рыжими волосами казался почти ровесником самого Лондо. И еще парочка – молодые извращенцы – волосы до плеч, да еще и крашеные – у одного синие, у другого – голубые, почти прозрачные.
- Ты готов к Испытанию?
- В смысле? Я все экзамены сдал. Академию закончил вторым. Если хотите – могу слазить в мобиль – показать отметки. – почему-то ему казалось правильным отвечать на их вопросы. Странные они. Но старик и женщина, похоже, люди солидные.
- А кто закончил первым? – звонким, словно лесной ручеек спросил синеволосый.
- Мой друг, Урза. Меня на философии срезали. На пару баллов обошел.
- А тебе не обидно? – о, снова этот чарующий голос, так бы и слушал и слушал…
- А чего обижаться-то? – удивился Лондо. – Урза – мой друг. Я даже рад за него! А что за испытание? Нам в Академии  ничего не говорили…
- Это Испытание - только для тебя, Лондо Моллари, - проскрипел старик. И неожиданно резко спросил:
- Ты боишься смерти?
- Я?! – Лондо вспомнил тот дурацкий сон, но быстро отогнал видения. – Вообще-то, нет. То есть, я хочу сказать, важно ведь не то, долго ли, а правильно ли ты прожил. А смерть – куда от нее денешься? Не-а… не боюсь. Другого боюсь! – он смело взглянул в лицо старцу – Умереть без пользы боюсь!
- Это как?
- А так, боюсь умереть просто так, не служа своему народу. Живя, служить проще, а вот, умереть с пользой…
- А что такое народ?
- Да хватит меня мучить! – возмутился Лондо. – Я же вам сказал – на философском зачете я чуть было не завалился! Что такое народ? Ну, это – моя Ба. Мой Дед. Мой Па. Мои сестры. Мой любимый младший брат и стая племянников. Это мой Император – Северо и мой учитель – Ипат Децио. Еще, это вот они – мои друзья – Урза и Андро, которые дрыхнут в подлеске. Потом это сапожник, который мне такие удобные сапоги пошил. И мой портной. И рабочие с авиационного завода, которые помогли мне переделать истребитель. Ну, народ, это наши крестьяне – они же нас кормят, в конце концов. Это солдаты, с которыми я буду служить. Конечно, это Дансени – мой денщик и… друг… И это мой сын – Кирил. Я понимаю, получилось так… Но он будет носить имя Моллари, и он замечательный карапуз. Народ… Это наверное и основатель моего рода – он вообще был простым кузнецом, правда, очень хорошим…
- А нарны… они могут быть твоим народом?
- Нарны? – Лондо снова запустил руку в волосы… - Наверное, даже нарны. Если будут служить Республике.
- А минбарцы?
- Если уж нарны могут, то минбарцы – тем более. Только у них ведь и у себя неплохо живется… - Лондо оставил волосы в покое и добавил: - а вот Кней Дромо и его дружки не могут быть народом. Потому что их только привилегии интересуют. И они всех по родословной судят, а не по делам… А ведь главное-то дела, а?
- Мы все поняли, - заговорил рыжий, словно полыхнул огнем. Даже жарко стало. – Твои учителя философии были неправы. Ты заслуживаешь высшей отметки…
- Вы бы им это сказали, - погрустнел Лондо. – Если бы не Децио, вообще бы зачета не приняли!
- Мы тоже хотим тебя проэкзаменовать.
- Но зачем? И кто вы такие?
Странные люди переглянулись.
- Он все равно ничего не будет помнить, пока не начнет Истинного Служения, - заметила женщина.
- Мы – духи твоего мира, - прошелестел старец.
- Духи? Значит, я был прав? Богов нет? А почему я ничего не буду помнить? И что за истин…
- Уймись, Лондо Моллари! Богов действительно нет. Пока. Мы родились вместе с этой планетой. Постепенно, твой народ стал воспринимать нас как несколько десятков сущностей, которых вы и назвали Богами. Но наше время истекает. Центавр обрел плоть, кровь и разум. Но у него нет Души. Пока нет. И времени тоже нет. Если в ближайшие сто лет у Центавра не появится Истинный Бог – Душа Мира, вы… вы просто вымрете. Вас истребят другие расы.
- Дудки! – топнул Лондо. – так я и позволю своему народу пропасть. Да я на все пойду!
- Даже на смерть?
- Я же говорил! Я не смерти боюсь, а бесполезной смерти! Я одного хочу – служить своему НАРОДУ! Сколько проживу! И если бы меня спросили, я бы согласился и после смерти служить! Но такого не бывает…
- Бывает, мальчик… И может быть, будет, - ласково сказала чаровница.
- Ты готов умереть ради своего народа? – опять рыжик пристает.
- ДА! – заорал Лондо.
- Прямо сейчас?
- ДА!
- Ты готов отдать свою плоть?
- ДА! Скажите только как!
Рыжий пристально посмотрел на него. Лондо успел лишь подивиться цвету его глаз – красные с оранжевым и без зрачков и… и тут в лицо ему ударил свет, а шум листвы сменился гулом тысяч и тысяч голосов, шумом механизмов.
Лондо протер глаза. Еще раз. Так… Он в космопорте. На Западном материке – Рутериании - не иначе. Там сейчас день. Рыжик стоит рядом, ухмыляется.
- Лондо, ты готов умереть за свой народ?
- Конечно!
- Тогда смотри – видишь тот потрепанный купеческий грузовоз?
- Ага.
- Через 10 минут у него взорвется двигатель. Реакция уже началась – слишком долго не было проверок, слишком большие нагрузки. Но корабль набит дорогими винами и духами. Когда он взорвется сгорит весь космопорт.
- Объявить тревогу!
- Нет времени! Да и паника… давка…
Лондо огляделся. 10 минут и тысячи сгорят? Вот так просто? Из-за жадности какого-то торгаша? Сгорит вон та обнимающаяся парочка. Школьники, которых, притащили на экскурсию. Старый жрец. Солдаты. Пилоты. Пассажиры. Грузчики… Сгорят? Нет! Не поднять тревоги, говоришь? А вот корабль поднять можно! Лондо посмотрел на своего спутника.
- Не знаю, как вас звать, уважаемый Дух. Просто передайте моему брату, что я его очень люблю! И скажите моей Ба, что ее я тоже люблю. Ну и вообще… всем… Лондо развернулся и припустил к грузовозу. Он не обращал внимания на жгущий босые ноги раскаленный бетон, на крики и ругательства тех, кого он сбивал с ног. Так. Около обреченного корабля ошивается охранник, оглушить его, оттащить в сторону. Обшарить карманы. Вот карточка-ключ. Лондо ворвался в грузовоз и помчался в рубку. В самом деле – жарковато! Реактор вот-вот взлетит на воздух. Наконец вот он, пульт управления. Так, стартуем! Корабль завыл, затрясся, но все же начал подниматься. Держи управление, Лондо, держи. Надо успеть подняться как можно выше! Пот уже заливает глаза, стряхни его, полной мощности давать нельзя – двигатель сразу взлетит на воздух. Лондо врубил связь.
- Всем, кто меня слышит! Корабль сейчас взорвется! Дайте мне «чистый взлет»! Быстро!
Ага, засуетились, порскнули в разные стороны мелкие суда. Лондо продолжал выруливать грузовоз – выше, как можно выше… Жар невыносим. Он почувствовал, как начали лопаться бутылки с вином. Жидкий огонь плеснул в спину. Боль дикая, но не смей отрывать рук от пульта. Волосы горят – черт с ними – жаль не успел покрасоваться с офицерской прической… Руки на глазах покрывают волдыри… Глаза… что с глазами… Боль… Страшная, жгучая… Рев огня. Тьма…
«Справился!»
Лондо был удивлен. Он, что не умер? Но корабль взорвался! Он сгорел в рубке! Почему же он лежит на давешней полянке? Целехонький? Хотя и все тело ломит…
«Лондо Моллари! Открой глаза!»
Он послушался. Увидел небо, две Луны и странную пятерку.
- Ты прошел испытание Огнем, - торжественно объявил Рыжик, словно сообщал о рождении престолонаследника. – Огонь избирает тебя. Твоя плоть теперь слилась с плотью твоего мира. – Он поклонился юнцу и отошел в сторону. На его место шагнул синеволосый.
- Ты готов умереть ради своего народа? – они что сговорились спрашивать одно и то же?
- ДА! – каркнул Лондо. Во рту было сухо, и все тело еще била лихорадка, как после сильного ожога.
- Прямо сейчас?
- ДА!
- Ты готов отдать свое дыхание?
Лондо молча кивнул. От рубашки тянуло запахом гари. Юноша вздохнул и посмотрел в глаза синеволосого. Аквамариновые глаза, по которым казалось, пробегают волны… И снова – без зрачков… Они затягивали как воды глубокого омута. Лондо показалось, что он погружается в бездонный океан.
- Вставай, Моллари!
Лондо на всякий случай прикрыл глаза рукой, как козырьком. Но никакого яркого света, как в прошлый раз не было. Завод какой-то что ли?
- Это подводная станция, Лондо. Лучшая в галактике. Ваши ученые начали осваивать океан. Пока свой. Но придет время и ты отправишь их и их учеников строить подводные города на иных мирах в иных галактиках. Если только они сейчас останутся в живых.
- Что им может угрожать? Погодники способны погасить любой шторм…
- Да, но пару часов назад яхта с перепившимися знатными бездельниками, вроде тех, которых ты не признал частью своего народа – врезалась в один из спутников наблюдения. Погодники привели его в порядок, но шторм уже начался. У тебя четверть часа, Лондо Моллари. Спаси сотрудников станции. Спаси знания…
Лондо уже не слушал странного спутника. Он быстро закрутил головой. Так, станция создавалась по прототипу космической. Значит – ему надо по пурпурному коридору…
Он ворвался в зал управления. Там у экрана стояли несколько человек.
- Все вон! – взревел Лондо. Ученые изумленно уставились на покрытого сажей высоченного юнца с опаленными волосами и кровоточащим пальцем. Не давай им опомниться!
- Объявляю немедленную эвакуацию. Забирайте все материалы, спасайте результаты исследования! ЖИВО!
Двое рванули к двери – видимо уже знали про шторм. Один задержался.
- Постойте. Кто вы такой? Да мы и не успеем спасти ВСЕ результаты исследований!
Лондо схватил его за грудки и потащил к выходу.
- Забирайте, что сможете. Остальное останется здесь. Я отведу станцию на глубину. Потом поднимите!
- Молодой человек!
- Потом, говорю, поднимите! – Лондо вышвырнул его за порог и рявкнул:
- Компьютер, аварийная ситуация. Я – субцентурион Моллари, беру команду на себя. Задраить рубку. Объявить немедленную эвакуацию.
Лондо бросился к пульту управления. Так… Вот нужная кнопка. Ага. В воздухе повисла голограмма. Лондо, по привычке ткнул в нее пальцем. Здесь! Глубина – достаточная. Шторм пройдет мимо.
- Компьютер! Докладывайте каждые 15 секунд о том, как идет эвакуация…
Главное успеть! Успеть… Шторм уже близко, слишком близко… Остался один челнок. Лондо принялся грызть ноготь. Ну, чего они там возятся.
- Командир, вас вызывают.
- Кто?! Какого…
- Руководитель исследований станции.
- Включай…
- Молодой человек! – А! это тот, кого он выбросил за порог. – Все уже эвакуировались. Осталось одно спасательное судно. Немедленно присоединяйтесь к нам!
- Сколько информации осталось на станции?
- Более 80 %... Но мы снова…
- Вы сейчас в капсуле? С сотрудниками?
- Да…
- Живо отваливайте, я ухожу на глубину. Когда пройдет шторм – поднимите станцию. Не смейте меня ждать!
Лондо вырубил связь, чтобы не слышать мольбы ученого.
- Компьютер, последняя капсула готова отчалить?
- Да.
- Автоматический запуск.
- Ваш приказ выполнен.
- Где шторм сейчас?
- Будет здесь через 4 минуты 51 секунду.
- Включить двигатель на полную мощность – курс на впадину – 12-55. Задраить все переборки, все люки, все иллюминаторы… Кроме тех, что в рубке, я хочу видеть, куда веду станцию.
Лондо едва успел начать погружение. Шторм словно взбесившийся хищник рванулся к станции. Пальцы Лондо метались по пульту управления. Вышел из строя левый двигатель… Ох, худо… Он сбился с курса – вместо спасительной для станции впадины – его несет прямо на подводные скалы. Как же сменить направление? С одним двигателем выруливать надо будет не меньше часа, а времени нет.
- Компьютер, рассчитать время до столкновения со скалами…
- 1 минута 42 секунды.
- Начать отсчет. – А ты думай, Лондо, думай… - Компьютер, если сместить центр тяжести станции… курс станет верным?
- Только если перенести центр тяжести в зал управления.
- Так что ты возишься, мозги железные! Изолируй его ото всех отсеков и начинай заполнять водой.
- Я не имею права. Вы погибните!
- Это военный приказ. Я назвал тебе свое звание. Ты обязан подчиняться в таких случаях. Открывай шлюз!
По всей станции зашипели переборки. Все. Рубка изолирована. Станция не пострадает.
- Начинаю закачивать воду.
- Валяй!
Лондо откинулся на спинку кресла. Его босых ног коснулась ледяная вода. Он продолжал выравнивать курс на впадину. Все, готово! Вода залила пульт. Быстро добралась… Лондо ухмыльнулся. Может встать? К чему? Он все сделал, как НАДО. Юноша последний раз вздохнул и нырнул. Легкие горели. Так хотелось дышать. Оба сердца судорожно бились. Глоток воздуха, все что тебе сейчас надо, Лондо Моллари… Впрочем, зачем? Ты исполнил свой долг и умрешь спокойно. Вода взорвала его легкие. Последний проблеск света… Конец?

Лондо скрючился на полянке  Его буквально выворачивало наизнанку от кашля. Легкие горели. Прохладный лесной ветерок пробирал до самых костей… А как же иначе? Он же мокрый с головы до пят. Влажная одежда противно липла к телу. Он ведь утонул? Правильно? Или нет?
Лондо сплюнул, сел. Перед ним стоял синеволосый.
- Ты прошел испытание Водой, - поклонился ему Дух. – Вода избирает тебя, Лондо Моллари. Каждый свой вздох ты отдал своему миру. Твое дыхание теперь принадлежит Ему.
- Ну и что теперь? – морщась от боли во всем теле прохрипел Лондо. Хоть вой! Можно подумать его на самом деле прожарили и утопили! А вдруг на самом деле? Юноша уставился на таинственную пятерку.
Ох! Теперь этот идет – с голубыми, прозрачными волосами.
- Дайте угадаю, - скривился в ухмылке юный Моллари, - ты – Дух Воздуха? Так? - Ишь ты… Духи, оказывается умеют улыбаться. Вот так да…
- Ты готов умереть ради своего народа? – начал тот.
Лондо прокашлялся и кивнул
- Ты готов сразиться с болью?
- Я уже… сражаюсь… Ну да, да…
- Ты готов умереть за свой народ?
- Говорил ведь уже – ДА!
- Что для тебя самое важное в жизни?
- Служить своему НАРОДУ!
Лондо встретил взгляд белых, почти прозрачных глаз, как и у прежних «экзаменаторов» - без зрачков. Его закружил ураган. Он с силой ударился о что-то твердое, и тут же со свистом выдохнул – ладони и плечи расколола боль…
Красная пелена отступила. Боль – нет. Лондо с трудом скосил глаза. Он висел на дереве. Какой-то гад, не иначе, как прозрачноволосый вбил ему клинья в руки. Больно-то как, Великий Творец! А вот и его мучитель.
Прозрачноволосый встал возле дерева. и пристально посмотрел на него.
- Что для тебя самое важное в жизни, Лондо Моллари?
- Служить своему народу! – тихо простонал Лондо, пытаясь сосредоточиться и изгнать боль в уголок сознания, как его учили военные медики.
«Экзаменатор» прямо из воздуха – а… он же Дух воздуха, так, кажется? Выхватил какой-то жезл. И тут словно молот обрушился на лодыжки Лондо. Кости хрустнули. Юноша с трудом сдержал вой.
- Что для тебя самое важное в жизни, Лондо Моллари?
- С-служить своем-му н-народу! – запинаясь, пробормотал Лондо, чувствуя, как по ногам льется кровь.
Боль неожиданно взорвалась в голове. Кровь хлынула из носа.
- Что для тебя самое важное в жизни, Лондо Моллари? – издалека донесся голос Духа
- Служить, - Лондо сплюнул кровь, -  своему народу!
Свист. Дикая боль в глазах. По щекам заструилась влага… Не слезы… опять кровь… Алая пелена опустилась на взор…
Следующий удар превратил в крошево его ребра. Обломки костей впились в легкие, разрывая их в клочья.
- Что для тебя самое важное в жизни, Лондо Моллари?
«Дай умереть спокойно!» - чуть было не вырвалось у парня. Как ни странно, его выручила боль. Он закашлялся, выплевывая куски легких – интересно, как это он еще жив? Впрочем, не важно! Он – Моллари. А Моллари всегда идут до конца!
- Служить своему народу! - сорвалось с побелевших губ. Лондо услышал, как в последний раз стукнули сердца и умер в третий раз.

На этот раз у Лондо не было сил даже на кашель. Вообще, сил не было. Даже глаза открыть было тяжко. Но он собрал остатки воли в кулак и поднял веки. Прозрачноволосый, как и предыдущий «экзаменаторы» склонился в глубоком поклоне.
- Ты прошел испытание Воздухом. – Воздух избирает тебя, Лондо Моллари. Ты отдал своему миру все силы своего духа. Теперь тебя не сломит боль. Твоя воля – принадлежит твоему миру…
- Погоди, - ой, это он что ли так пищит, - сколько… сколько времени я…
- Ты выдерживал боль двадцать ударов сердца. Но ты ее победил. Теперь она тебе не страшна, даже если сражение будет длится месяцы и годы…
Лондо насторожился… О, эти шаги… Он закопошился на траве, встал на четвереньки и каким-то чудом умудрился подняться на ноги. Его шатало. Но он не мог разговаривать с прекраснейшей из женщин, валяясь точно пьяница. Едва слушающимися руками оправил изодранную рубашку – Ба точно поколотит! Ее же старшая сестра сама ему сшила и вышила к экзаменам.
- Сударыня!
Прекрасная повелительница… земли, любви, плодородия? Ласково улыбнулась ему.
- Ты готов к испытанию, Лондо?
Ого, она назвала его по имени. Значит, он ей хотя бы чуточку нравится.
- Да, сударыня…
- Ты готов умереть ради своего народа? – и она туда же!
- Да, сударыня!
- Ты готов отдать свою кровь родной земле?
- Конечно!
Какие у нее глаза – ореховые с золотыми крапинками. Хотя и без зрачков… Но она же Дух или все же Богиня? Что-то мягко подхватило измученного парнишку, словно чьи-то ласковые руки. Лондо готов был мурлыкать от наслаждения. Но ощущение покоя тут же отступило. Юноша открыл глаза. Он стоял на краю огромной воронки.
Серая пыль. Мертвая земля… мертвая…
- Ты знаешь, где мы? – спросила Она.
- Кажется, да… Это единственное мертвое место на Центавре, так? Здесь 600 лет назад взорвался экспериментальный завод. И до сих ученые так и не вернули эти места к жизни.
- Ученые не смогли. Сможешь ты!
- Я? Скорее, мой братик Прово, когда вырастет… Он наверняка будет ученым…
- Будет…, - в Ее глазах скользнула печаль. – Но оживить землю сможешь только ты. Ты должен отдать ей свою кровь.
- Сколько?
- Сколько понадобится…
- Наверное, всю, да? – криво усмехнулся Лондо. – только скажите мне, я по правде умирал? Или это были галлюцинации?
- Ты умирал на самом деле, Лондо. Все равно ты ничего не будешь помнить, пока не наступит время, поэтому я кое-что тебе скажу. Отдавая свою жизнь, ты всякий раз связываешь себя с родным миром. Ты становишься его частью, он становится частью тебя. Тебя ждут великие страдания и великие свершения. В твоих руках судьбы не только твоего народа. Поэтому мы должны знать наверняка. Вселенная должна знать наверняка.
- Понятно, - Лондо вздохнул и снял с шеи цепочку с кинжалом – подарок Ба. – А те, кто умирал на полянке, они что-то делали не так, верно?
- Да, Лондо.
Была не была. Лондо встал на колени. Вытащил нож. Полоснуть себе по ладони? Не. Малой кровью тут не обойтись. Ну что ж, может быть на этот раз он умрет окончательно. Зато вместо уродливого кратера будет тут расти красивый лес.
Он поднял глаза на Нее.
- Только пообещайте мне, что здесь обязательно будет очень красиво! И светло!
Она печально кивнула.
Лондо не стал затягивать, а попросту задрал голову и полоснул себя, что было сил по горлу. Горячая кровь густой струей забила из юного, полного сил тела. Лондо медленно повалился лицом вниз… Сколько же в нем крови, целая река… Клубится туман… прекрасные луга появляются на глазах там где на серый мертвый камень оседают алые капли. «Красиво!» - подумал Лондо, глядя на растущий прямо на глазах лес. И снова умер.

На этот раз Лондо чувствовал себя довольно сносно, когда вновь очутился на заклятой поляне и увидел пятерку Духов. Он машинально потянулся к шее. Цепочка с ножом на месте. На горле только тоненький шрамик, словно от царапины. Значит, не привиделось… Видимо, он и это испытание прошел.
Великий Творец, Она ему кланяется.
Лондо вскочил на ноги и тут же повалился на траву. Он был слаб, как новорожденный звереныш.
- Ты прошел испытание Землей. – Земля избирает тебя, Лондо Моллари. Ты отдал своему миру всю свою кровь. Теперь твоя кровь – это кровь твоего мира. Ты справился, Лондо!
- Погоди, - проскрипел старец. Он-то что придумает? – Лондо с рождения был твоим любимцем, его бабка служит тебе, Великая Мать. Но осталось еще одно, последнее испытание.
- Да, - Она шагнула в сторону, уступая дорогу старцу
Лондо по привычке взъерошил волосы.
- Что ты ценишь в себе больше всего? Чего боишься утратить?
Лондо даже опешил. Ничего себе, оказывается, Духи как и менторы любят импровизировать.
- Сразу и не скажешь…, - Нда, Ладира наверняка больше всего ценит в нем любовника, Ба – внука, Северо – будущего солдата, Урза и Андро – друга, Прово – брата… А вообще-то, второй вопрос, старикан задал лучше. Чего он боится потерять больше всего? Жизнь? Нет. Он уже умер 4 раза. Умрет и еще. Как говорится, все там будем. Любовь близких, уважение друзей? Но за что его ценят все разом?
- Честь, - выпалил Лондо. – Любовь и уважение можно вернуть. Болезнь вылечить… А честь потеряешь – потеряешь и любовь, и уважение, кому нужна  жизнь без любви и уважения?
И тут старик снова удивил Лондо. Он просто взял его за руку и мир померк. В следующий же миг юноша очутился в другом мире. Старикашки рядом не было, зато он держал в руке свой любимый култари – короткий меч.
Тут тоже была ночь. Мир был какой-то куцый, с низенькими колючими растениями, пыльный… Насчет старикашки похоже Лондо ошибся. Вот он – стоит, смотрит. Под невысоким кустиком лежит мальчишка. Нарн. Лет 6. Лежит и спит.
- Лондо Моллари, - начал старик, - ты видишь этого нарна?
- Да.
- Ты помнишь свой сон о смерти?
Лондо кивнул. Да уж – такое - как не помнить!
- Это он тебя убьет, - ткнул посохом в сторону мальчишки старик.
- И что? – вскинул бровь Лондо.
- Ты можешь изменить свою судьбу. Убей его! Сейчас!
- Зачем?
Похоже старикашка опешил. Выходит, даже Дух может опешить?
- Потому что иначе – он убьет тебя…
- А может – будет за что?
- Ты хочешь умереть от его рук?
- Причем тут это? Не хочу, конечно. Но откуда я знаю – может быть, так будет нужно? Я имею в виду свою смерть. И я дал себе слово – я никогда не подниму руку на женщину или ребенка…
- Этот «ребенок» уже убил своего хозяина.
- Значит его поймают и будут судить по законам Республики. А так как он несовершеннолетний его просто отправят в исправительное учреждение.
- Ты не хочешь изменить свою судьбу? – нет, старикашка и в самом деле ошалел от изумления.
- Я же говорил – я дал слово чести! Изменить судьбу ценой чести? Нет.
- Убей его!
- НЕТ! – Лондо воткнул меч в землю. И тут же очутился на полянке в родном лесу. Живой.
Духи смотрели на него. И тут заговорил старикан:
- Лондо Моллари, теперь ты Избран. Ты – Истинный Бог. Ты отдал свою плоть, свою кровь, свое дыхание, свою силу, свою честь родному миру. Ты Избран Разумом. Разум избирает тебя. Ты подарил жизнь и потому ты больше не умрешь…
- Э… почтенный, постойте… Вы же сказали, что он меня убьет, и тут же говорите, что я не умру… что-то тут не сходится…
- Лондо Моллари, ты погибнешь от рук этого нарна, но никогда не умрешь. Сейчас, когда начинается сражение между Пустотой и Хаосом, ты станешь вождем тех, кто будет служить ЖИЗНИ! Спи, Мальчик. Ты избран Вселенной.
Лондо без сил опустился на траву. Мимо прошел Рыжик. Он весело подмигнул ему:
- Лондо, Сохрани свое неуемное любопытство. Страсть к жизни
и знаниям. Не растеряй свой внутренний огонь – он поможет разжечь пламя в сердцах твоего народа – Дух вложил ему в руку веточку ели, обернулся ярким огнем и взмыл в небеса…
- Лондо, - прожурчал Дух Воды, - ты познаешь отчаяние от предательств, но оно не сломит тебя. Потому что ты будешь всегда способен быть другом и рядом с тобой всегда будут верные и надежные друзья. - К веточке прибавилась голубая жемчужина, Дух обернулся рыбой и нырнул в озеро.
- Лондо, - просвистел Дух Воздуха, - ты пойдешь на великие страдания ради спасения своего народа и умерев, обретешь бессмертие и божественную власть. – Последние слова вырвались из клюва красивой белоснежной птицы, которая полетела навстречу восходящему солнцу, оставив на ладони юноши перо.
- Лондо, - склонилась над ним Она. – Ты познаешь боль потерь, но и величие любви. Ты всегда будешь способен любить, сострадать и прощать, потому и тебя всегда будут любить, и всегда будут прощать. Люби и будь любимым… Вечно… По ее щеке скатилась слеза, обернувшаяся золотистым янтарем… Таким же, как искорки в ее ореховых глазах… Она шагнула в рощу и слилась с молодыми деревьями…
- Лондо Молари,  - проскрипел старик, - ты вступил на тяжкий путь. Тебя будут пытаться сломать изменой, убийствами близких, пытками. Но ты останешься самим собой. Береги свою честь. И спустя тысячи лет, Твое Слово будут ценить выше любой драгоценности!
А теперь спи… спи… новорожденный Бог…

Лондо разбудили лучи солнца бившие прямо в глаза. Он хотел было потянуться, но все тело болело так, будто его долго и с упоением колотили ногами. Он сел. И пришел в ужас. Его рубашка была заляпана кровью, какой-то тиной, пеплом… Брюки порваны, ноги исцарапаны, шея болит. Так! В руке зажаты перо, жемчужина, янтарь, веточка ели и простое стальное колечко. Лондо сунул находки в карман кафтана и шагнул в подлесок. Пробуждение Урзы и Андро было не из приятных. Лондо растолкал их чуть ли не пинками.
- Ой! – что с тобой было? – заорал Андро.
- Это у вас надо спросить! – ярился Лондо. Вы меня тут по всему лесу таскали, мордой через костер проволокли а потом еще в озере притопили…
- Никто тебя не таскал. Мы спали, - возразил Урза.
- Спали?! А почему я разом похож на погорельца и утопленника, перемазанного кровью? Меня Ба за рубашку просто прибьет!
- Я не знаю, кто над тобой пошутил, но не мы! – твердо заявил Андро. Урза кивнул.
- Отпирайтесь, отпирайтесь. Тьфу! Смотреть на вас тошно. – Лондо стянул рубашку и зашлепал к реке.
От Ба действительно влетело. И за рубашку и за подпаленную прическу и за порванные брюки и за то «шлялся всю ночь Великая Мать только ведает где»! Де, как всегда помалкивал, только иногда подмигивал: «Держись, мол, внучок»!
Лондо отправили в ванную. Отмокать.
Приведя себя в относительный порядок, Лондо выбрел в парк. Прово уже проснулся и тут же повис на шее брата.
- Ну вот! – строго начал Лондо. – наболтали тебе, малыш про ту полянку ерунду всякую. Я там переночевал и как видишь жив здоров и…, - он ухмыльнулся – почти цел. Кстати, вот что я там нашел – он вывалил в братишкину ладошки янтарь, перышко, жемчужину, веточку ели и стальное колечко. Прово уставился на него.
- Лондо, это же символы власти!
- Не говори ерунды!
- Это не ерунда! Это символы власти первых правителей нашего народа. И первые Императоры всегда носили простое стальное кольцо.
- Прово, хватит! Мне достаточно любовницы-пророчицы. И я не хочу быть Императором. Кстати, Ладира сказала, что я буду стратилатом…

Троано Моллари украдкой бросил взгляд на жену. Ага! Смотрит в окно – на внука-шалопая. Нет, Лондо, конечно, молодец – Северо вчера не удержался – позвонил старому другу и часа три рассуждал о гениальности их несносного мальчишки. Но всю ночь шляться где-то в лесу и явиться в таком виде… Что ж, а теперь посмотрим главную страницу. То есть, она не главная в газете, но главная для тех, кто ценит петушиные бои.
В прошлый раз он поставил на Зеленого Огня. И ведь выиграл. Может быть сегодня опять сделать ставку на Зеленого? Да только он победитель. Так что теперь вряд ли будут принимать ставки выше, чем 3 к 1. Надо бы поискать перспективного новичка… Великий Создатель! Жена!
- Троано! Опять петухи?!
- Нет, дорогая, то есть да… - Троано быстро окинул взглядом статьи на соседней странице. – Вот пишут про двух молоденьких выпускников Академии. Настоящие герои! Не соученики ли нашего шалопая? Жаль, конечно, мальчиков… Оба погибли, но сколько людей спасли! И вот – прямо чудо какое-то – или врут журналисты… Но есть фото… Кратер-то  Мертвый Кратер за одну ночь зарос лесом!
Жена резко развернулась, вырвала газету...
- Я вот думаю, - расхрабрился Троано, - может наш шалопай что-то про тех парнишек знает…
Троано хотел было попросить газету обратно – ставку надо сделать до отлета на Нарн – но передумал. Жену что-то огорчило. Может, позвонить сыну? У него-то наверняка есть вся информация о петушиных боях… Но он, скорее всего садится сейчас играть в карты. Отвлечется – проиграется… А,  поставлю на новичка. Первого, какой попадет на глаза. На Нарне вечно связь не работает – то террористы, то просто что-то из строя выйдет…
Телема перечитала заметки. Свидетели опознали форменные брюки выпускников военной академии. Мальчики судя по описаниям были похожи как близнецы. Один успел поднять в воздух загоревшийся грузовоз, другой увел в глубину научную океанографическую станцию. Как мальчики очутились в нужном месте в нужное время. Как вообще второй юноша попал на станцию… Один сгорел, другой утонул.. Жизнь вернулась в Мертвый Кратер… Телема вспомнила о тоненьком едва заметном шрамике на горле Лондо. И тут ей показалось, что на нее обрушилась планета. Ее семья и она сама так долго ждали явления Истинного Бога… Но, когда Телема поняла, кем будет этот Истинный Бог, она всей душой захотела, чтобы ничего этого не случилось, чтобы ее… ЕЕ ВНУК не вставал на этот полный горя и страданий путь… Ну почему именно Лондо? Почему ему достался этот горький и великий жребий? Она одно время даже думала, что явление Богини в древнем храме, толкнувшее ее на брак – было розыгрышем Троано и Северо – соорудили голограмму, надули молоденькую дурочку. Выходит не надули… Так было НАДО… Она вышла в Парк. Лондо сидел на скамеечке и что-то рассказывал малышу Прово. Телема подошла к старшему внуку и прижала его к груди, запустив пальцы в подпаленные волосы.
- Ты что, Ба? – опешил Лондо.
- Ничего, мой мальчик, ничего… Просто… просто я рада, что ты сдал…. прошел все испытания…
- Да какие там испытания – махнул рукой Лондо, - просто экзамены…
Она ничего не говорила. Только гладила его непослушные жесткие волосы.

15-й год от Обретения Бога.
Я Кирон Мараи – кузен императора Вира Моллари III, министр городского строительства вот уже почти 30-ть лет. Я помню как впервые увидел Божественного. Если бы не Он я бы никогда не обрел своего счастья с возлюбленной Арией. Я работал с Божественным 15 лет, служа ему, как Императору. И я по-прежнему служу ему, как Он служит нам. Сегодня мы установили обелиск из сверхпрочного сплава на поляне, где древние Духи вручили юному Лондо Моллари символы божественной власти. Я долго думал, какую надпись высечь на обелиске. Целые дни проводил в молитвах. Божественный отнекивался, выдавал шутки, типа: «Здесь уснул юный шалопай и во сне надел на себя хомут вечности…» Но Он всегда так относится к своей Божественности. Как был атеистом, так и остался, хотя стал Истинным Богом. Потому я взял на себя смелость, стереть его рукописные граффити и высек следующие слова: «Здесь Божественный доказал свое право на служение»… Вообще-то, для меня и моей жены Он стал Богом в тот день, когда благословил нашу любовь. Ведь не зря его почитают покровителем детей и влюбленных…
Кирон Мараи, министр городского строительства Великой Республики Центавр, написано собственноручно в 15-й год от Обретения Бога.

0

19

Robin Hobb
The Tunic
МУНДИР
38-й год до Обретения Бога. Центавр Примас. Офицерская гауптвахта.
Он жалел только об одном – что не сумел раскроить гнилую голову Кнея Дромо. Что не хватило сил. Что начал действовать слишком рано, не дождавшись, когда срастутся ноги.  Но он все равно убьет эту тварь. Иначе – грош ему цена. Если бы он мог убить Кнея три тысячи раз… За каждого, сложившего голову на Гораше, за каждого, стоявшего насмерть, за каждого… из последних Партусов… лучших солдат Республики. От боли в ногах лихорадило, от снов - хотелось вопить от ужаса. Он поднял голову. Решетчатое окно слишком высоко… Все предусмотрели. Даже если и порвать рубашку на веревку – закрепить ее негде… И умереть не дают! Охранники и те, без оружия заходят…  Он попытался встать, заслышав скрип ключа. Великий Творец! Пусть на сей раз, при них будет оружие… любое… Я не хочу жить! НЕ МОГУ! НЕ ИМЕЮ ПРАВА ЖИТЬ, КОГДА МОИ ЛЮДИ МЕРТВЫ… Он сцепил зубы и встал. Резкая боль взорвала ноги. Он едва удержался от вскрика. Опираясь на стену, сделал шаг. Казалось, он идет по колено в расплавленном металле. Так. Подтянуть другую ногу. Одно хорошо – камера маленькая. Вот и дверь. Он сжал пальцы в кулак. Ноги не держат, но руки-то при нем. Входи же… Входи… Дверь резко распахнулась.
- Па! Не дерись, это мы! – раздался родной басовитый голос.
- Кирил?!
- Да, это я, Криспо и Кесаро. – три молодых наварха проскользнули в камеру.
- ПА! Да ты еле стоишь! – воскликнул Кирил Моллари, подхватывая отца под руки. Криспо и Кесаро помогли усадить своего стратилата на жесткую койку.
- Гады! – процедил сквозь зубы Криспо, глядя на дядю, на синие грязные брюки и проступившую через них и старые бинты кровь, – Как они посмели! Ма целыми днями плачет…
«Великий Творец! Юна! Мало им измываться надо мной, они ведь всех близких мучают…» Лондо попытался вытянуть ноги и едва удержался от стона.
- Па! Дай помогу! – Кирилл опустился на пол камеры, вытащил из-за пазухи  небольшой сверток. – Надо повязки сменить… Тебя хотя бы раз за эти 6 дней врач осматривал?
- Нет… И не надо…
- Брось ты это, Па! Можешь сколько угодно мечтать о смерти, но не забывай о том, что ты еще не отомстил этим подонкам. Криспо, - он повернулся к кузену. - Давай сюда аквиту.
- Где ты взял снадобье? – пробормотал Лондо.
- Как где? В госпитале! Ты что, думаешь, армия будет спокойно смотреть, как тебя убивают?! Плохого же ты мнения о собственных подчиненных.
Криспо и Кирил ловко смазали раны стратилата заживляющим бальзамом и наложили новые укрепляющие повязки.
- Ноги еще не срослись, а они тебя сюда… Мерзавцы, - бормотал Криспо.
- Не мерзавцы, - холодно заметил Кирил, - враги. Враги, с которыми рано или поздно придется схватиться. Или они, или мы!
Кесаро спрятал грязные бинты и помог друзьям натянуть на своего стратилата сапоги.
Кирилл тем временем вытащил тюбик с кремом.
- Па. Ты весь зарос. Щетина тебе не к лицу. На, намажься.
Лондо прислонился к стене.
- Кирил, что ты надумал?!
- Ничего. Хочу чтобы ты выглядел прилично…
- Прилично?! После того, что они сделали с моей миррой, с моей Сесилой, с моим… моим Кризо, с Андро?!
- Да! Потому что, ты должен за них отомстить! И не только за них! Думаешь, они не могли заключить тебя под домашний арест? Обязательно было упечь за решетку? Кней ведь только в штаны наложил, да отделался контузией и ссадиной. Ты же… ты вообще после Гораша месяц проплавал в аквите и сейчас едва на ногах стоишь… Они просто боятся тебя! Этот… этот император «что пожелаете?»… Да он, наверняка от счастья прыгал, что ты Дромо отделал в штабе, при всех! Ты… ты знаешь, что вчера Туран отпустил Нарн?!
Лицо Лондо дернулось, глаза неожиданно сверкнули. Он схватил сына за ворот мундира.
- Врешь!
- Вру?! Вот, читай газету! Отпустил, с извинениями. Мол, простите, дорогие, берите себе независимость и 18 наших систем в придачу. Компенсация за «зверства», в которых повинен его «отец-тиран» и «кровавый палач-подручный» Троано Моллари!! Да, Северо и твой дед – мой прадед – теперь кровавые палачи! Все наши войны – несправедливые! Дилгары – вообще святые, нарны – невинные туземцы, бракири, пакмара, гроумы и дрази – «жертвы захватнической политики» Республики…, - последние слова Кирил, едва выговорил и ткнувшись отцу в грудь разрыдался как мальчишка. Криспо сопел, Кесаро молча теребил вышивку на вороте мундира.
- 18 систем?! Северо – тиран?! А Дед – палач?!
- Да! – горько кивнул Кесаро. – Этот ублюдок, новый император, - последнее слово молодой наварх не произнес – выплюнул, - объявил, что с прежней «захватнической политикой» покончено, что знать освобождается от обязательной службы…
- Освобождается от службы?! – вскинулся Лондо и рванулся со скамьи. Он тут же зарычал от боли и повалился на руки Кирила.
- Па! Родной!
- Да как он смеет… Северо ведь его ОТЕЦ! Еще не успел развеяться его прах…
- А вот так. Смеет! Мало того! Наши войска покидают системы в спешке, оставляют оружие. Два духсата покончили с собой, отказавшись передавать свои сектора в руки бывших колоний. Наши поселения на планете Ильва Септима полностью вырезаны нарнами…
- А семья Гордио Тери, твоего оптиона?! – сжал кулаки Криспо, - Ты же знаешь, что глава их рода вечно вкладывал деньги во все липовые прожекты. Чтобы удержаться на плаву, связался с контрабандистами…
- Что с его Родом?
- Предали позору. Всех! В том числе и ветвь Гордио. Северо никогда не позволял уничтожать ближайших родных своих лучших военных. Гордио погиб, как герой, а его родных заставили принять яд… Малышей продали…
- И его маленькую кузину? Которую он называл цветком звездного кружева?! Он так ей гордился! Вырастет настоящей красавицей…
- И ее! Годовалую девчонку! А вырастет она в каком-нибудь борделе! – мотнул головой Кирил, - Из-за грехов троюродного деда! И плевать Турану на то, что ее кузен – настоящий герой! Чтобы такого больше не было, Императором должен быть ТЫ!
- Ты думаешь, тебя упекли просто так? – взорвался Криспо, - Нет, дядя! Туран тебя боится! Армия и флот пойдут за тобой! И не только. Мы вчера были у дядюшки Андилло. Он ВЕЛЕЛ передать тебе, что ВСЕ купеческие дома выступят на нашей стороне, и даже свою охрану передадут под твое начало… для зачистки столицы… А дядюшка Прово, сказал, что студиозусы уже тайком проносят оружие и готовятся сооружать баррикады!
- Зачистки? Под мое начало? Баррикады? Да вы с ума посходили! Это мятеж! Переворот!
- Разумеется, переворот! Можно подумать Республике это в новинку, - нервно хмыкнул Кесаро.
- Это – гражданская война! Вы хотя бы понимаете, что это значит? Стрелять в своих! Сжигать собственные города!
- Выхода нет, Па! Или мы сейчас покончим с Тураном или… или всему за что ты и наши предки сражались – конец! Ты должен отдать приказ!
- Приказ начать гражданскую войну?!
- Да! Я говорил с Лавренто и Афо. С другими солдатами. Синодики  за час зачистят дворец. Турана заставим броситься на меч. Или бросим. Его сторонников – обезглавим. Практически все командиры согласны выступить на нашей стороне. Лавренто сказал, что тех, кто посмеет пойти против воли народа, солдаты просто поднимут на штыки. Отдай приказ, Па! И через неделю ты, а не Туран будешь Императором! Северо хотел ЭТОГО!
- Северо больше нет…
- Отдай приказ, Отец! Еще есть время!
- Время начать гражданскую войну? Это когда наши войска выводятся с других планет?! Когда колонии захватили наши оружие?! Ты хотя бы думал, о чем говоришь! Они набросятся на нас как стая голодных падальщиков…
- Ты их разгонишь, ты все вернешь! Отдай приказ! Войска ждут!
Лондо молча прижал руки к глазам. Гражданская война… Или есть другой выход? Сколько невинных погибнет? Он – солдат, он клялся защищать свой народ… А теперь должен отдать приказ убивать соотечественников? Сотнями, тысячами, десятками тысяч… Он знал, что такое гражданская война… Молодые, они не помнили мятеж в системе Ареция. А он – помнил… Вот уже 25 лет помнил… Помнил, как штурмовики носились над центаврианскими улицами, как горели дома, как с криками и рыданиями в поисках спасения метались люди… ЕГО СООТЕЧЕСТВЕННИКИ… И во всем была вина вицария системы, который попытался поднять мятеж… Северо тогда тяжко болел… Знать почувствовав, что хватка старого императора слабеет, принялась интриговать открыто… нет, не интриговать – нагло попыталась разорвать Республику в клочья. Откуда только Северо взял силы? Уж, конечно, не молитвы жрецов помогли! Но поборол недуг. Вновь взнуздал Республику. И сразу позвал его… Лондо помнил, как старый император держал его за руку…
«Мальчик мой, я приказываю, а не прошу… Я не могу просить тебя поднять руку на своих. Приказать могу. Это будет мой грех, груз на моей совести. Я могу довериться только тебе. Выжги крамолу.»
И он выжег. Вместе с городами и селами, присягнувшими изменнику. А потом гонялся целый месяц по пограничным мирам, отыскивая предателя… Пожалуй, никогда еще наблюдение за казнью преступника не доставляла ему столько удовольствия… Он не любил казни. Тем более, долгие казни. Но когда на твоих глазах подыхает дрянь погубившая столько невинных жизней… Он не принял ни одной награды за ту… кампанию. Не смог… А теперь что, все сызнова? Только по всей Республике?! Император Моллари II… Да, он будет Императором, об этом говорили все пророчицы, об этом вопили его проклятые сны… Но не такой ценой… Он не станет Императором, который взошел на трон, ценой гражданской войны, ценой жизни соотечественников… Он не сможет… Или? Ведь, Туран не опомнится… Он слаб и недалек… Он промотает Республику… Промотает все, только потому что ему лень править империей, лень сражаться… семь тысяч лет создавали Державу, а чтобы развалить ее понадобилось всего несколько дней…
- Па! Ты согласен? Ты отдашь приказ! Одно твое слово, Па! Одно слово!
- Дядя!
Лондо вскинулся. Криспо так похож на своего младшего брата Максенцио. Тот был совсем юным, когда они подавляли мятеж в секторе Ареция. Как он умолял его, своего дядю, позволить ему участвовать в прорыве обороны одной из планет. Он разрешил. 13 лет – у Моллари возраст для первой битвы. И ведь мальчик прорвался вместе со штурмовой группой, уничтожил генератор защитного поля… Из боя Максенцио вышел без единой царапины. И уже, когда сражение стихло, и юный субцентурион помогал тушить пожары его убил иcподтишка какой-то мародер… ножом в спину… Он умирал у него на руках…, как Кризо, его прекрасный, отважный, голубоглазый сын, и как Кризо спрашивал лишь об одном, не подвел ли он ЕГО, хорошо ли сражался…. Сражался в гражданской войне…
«ОТЕЦ!»
«ДЯДЯ!»
«ВАШЕ ПРЕВОСХОДИТЕЛЬСТВО!»
Лондо поднял голову, стер неведомо как набежавшие на глаза слезы.
- Слушайте мой последний приказ… Ваша задача – успокоить гарнизоны и команды. Я лучше покончу с собой, чем начну правление с гражданской войны. Моё время еще не пришло… Я… я… еще не готов! - неожиданно ему стало легче дышать, даже боль в ногах перестала так терзать, словно какие-то высшие силы дали знак…, что он поступил верно.
Кирил открыл было рот, но тут за дверью послышались торопливые шаги и в камеру буквально ворвался Малакай.
- Щенки! Сопляки! – рявкнул первый министр. – Боги! Лондо! Что ты им ответил?!
- Нет. Я им сказал «НЕТ»!
Малакай привалился к стене с таким вздохом, словно успел предотвратить гибель Вселенной.
- Ты сказал им «нет»! Великий Творец, Лондо! Я так боялся… Мы сейчас не выдержим гражданской войны. Все рушится на глазах. Но еще есть время, есть надежда… И эта надежда – ты! Ты не имеешь права, бросаться в авантюры! Северо хотел сделать тебя наследником…
- Северо больше нет, - с горечью прошептал Лондо.
- Но ты его истинный преемник! И неважно, какой на тебе будет мундир, ты будешь служить ЕГО ДЕЛУ! Ты – ЕГО НАСЛЕДСТВО! Я нашел выход. Да, тебе он придется не по нраву, но молю, обуздай себя, склонись… Ради Республики, ради дела Северо, ради памяти своего деда, своей бабки, своего отца…
- Что я должен сделать? – Лондо говорил, но ему казалось, что слова слетают с губ кого-то другого. Голова вновь кружилась, боль ввинтилась в ноги…
- Подпиши отставку. Клянусь, что ты снова будет служить. Я не могу вернуть тебя в армию, но в любое другое министерство… Ты снова будешь носить мундир… Через две недели! Лондо! Я знаю, ЧТО это для тебя значит… Ты – воин, но поверь, ты еще и талантливейший в Республике человек. Ты – на любом месте сможешь приносить пользу Родине… Но подпиши сейчас отставку. Это единственный способ остаться в живых…
- За то, что покусился на подонка?! А если я НЕ ХОЧУ ЖИТЬ!
Малакай неожиданно взорвался:
- Тебя никто не спрашивает, хочешь ты жить или нет! Ты ДОЛЖЕН ЖИТЬ! ОБЯЗАН! Чтобы там не плели новые советники Турана, ты – Герой Республики. Народ и армия действительно тебя боготворят! Ты нужен Родине! Возьми себя в руки! Довольно! Я знаю, как ты страдаешь, знаю, как тебе тяжело! Боги! Я и сам бы в твоей ситуации наверняка попытался бы покончить с собой, но ты должен вытерпеть… все вытерпеть! Ради своего народа! Ради своих предков. Ведь если ты наложишь на себя руки, это будет означать только одно – враги Республики одержали победу. Так не давай им победы!
- Меня изгонят с позором? – хрипло спросил Моллари.
- Да! Но уйми свою гордость! Это будет не твой позор, а позор, тех, кто об этом распорядится. Подпиши отставку. Завтра на рассвете тебя уволят из армии… Но через две недели, я клянусь тебе, ты снова будешь на службе. И это будет ТВОЯ ПОБЕДА! Оберни их интриги против них!
- Вы уже все приготовили?
- ПА!
- Помолчи, щенок! – Малакай резко развернулся к Кирилу. – битва за Новую Республику только начинается! И бой этот будет долгим и тяжким! Твой отец – последняя надежда на то, что мечты Северо и его соратников воплотятся в реальность! И гражданская война – это не выход.
- Где бумаги? – с трудом выговорил Лондо.
Малакай присел на его койку и вытащил из папки два тонких листа пергамента. Моллари не глядя подписал. Кажется, кляксу поставил. Да к чертям чистописание!
- Спасибо, друг мой, твой отец бы тобой гордился, - Малакай поспешно вышел из камеры, не желая, чтобы эти юнцы видели его слезы.
- Ты уверен, что поступил верно? – сипло спросил Кирилл, с трудом удерживаясь от рыданий.
- Да, - Лондо взял тюбик с кремом и намазал лицо. Принял полотенце у Криспо, стер пену с щетиной. – Самое важное. Кирил, Криспо, Кесаро, мальчики мои, не знаю, смогу ли я когда-нибудь командовать вами, но я не позволю, чтобы они надругались над знаменем моей мирры и моим мундиром. – Он расстегнул рубашку, вытащил алое с золотым шитьем полотнище с обгоревшими краями – фламулла Партусов – лучшей мирры Республики. – прижал к губам, в ноздри ударили запахи металла, крови, огня…. Голову резанула боль, почти такая же, что терзала ноги, перед глазами все завертелось…. Он увидел себя измученным старцем в императорском облачении. Измученным, но полным какой-то необыкновенной внутренней силы,  он чувствовал, на себе обожающие взгляды сотен глаз… глаз центавриан, глаз минбарцев, глаз землян… Перед ним стоят три тысячи рослых, сильных, верных, надежных молодых парней и… девушек, да, девушек. Позади Кесаро, Кирил, Криспо, суровая землянка в военной форме, постаревший, но по-прежнему верный Лавренто, возмужавший Афо,  и минбарец с боевым посохом в алой рубахе с наглым лицом… В который раз, он видит его во снах… Но почему нет рядом Урзы? Андро… друг… тебя нет, потому что ты погиб на Гораше… Значит и Урза… Великий Творец! Навстречу по кивку минбарца шагает красивый парень, похожий на его оптиона Тери с серыми глазами, глазами истинного Моллари. Юноша опускается на колени. «Сегодня я возрождаю лучшую мирру Республики – вы теперь Партусы – Львы Галактики! Ваши Култари – когти Республики, ваши – бластеры – ее зубы, ваши боевые корабли, ее крылья!» Юноша смотрит на него как… как на живого Бога. Лондо целует фламуллу, передает ее юному тагматарху… Снова дикая боль в голове… Он рывком пришел в себя. Вокруг только каменные стены тюрьмы, но перед ним на коленях стоят Кирил, Кесаро, Криспо. Он с трудом встал, скрипя зубами, снова поцеловал алый шелк и протянул фламуллу Партусов молодым навархам. Те по очереди поцеловали священное для каждого воина Центавра знамя, и Кесаро бережно спрятал его под мундир. Что ж, они хотят его изгнать с позором, но им не достанется штандарт его мирры… И его собственный мундир, им тоже не достанется… Северо облачил его в иссиня-черный кафтан стратилата и только он имел право его отобрать. Лондо стянул с себя мундир. Молодые люди продолжали стоять на коленях. Зачем? Он хотел заговорить, не смог, слезы душили почище петли. Кирил бережно взял из его рук кафтан и тоже поцеловал, как знамя, Криспо и Кесаро последовали его примеру.
- Мы сбережем их, Па! – глотая слезы, пробормотал Кирил. – И ты еще наденешь свой мундир стратилата! – Поспешно спрятав кафтан, трое молодых людей, ускользнули в коридор. Лондо кое-как добрался до койки и прилег. Завтра он должен суметь пройти через строй на своих ногах. Чего бы ему это не стоило! До конца…

38-й год до Обретения Бога. Центавр Примас. Офицерская гауптвахта. Площадь перед Генеральным Штабом.
Гвардейцы и в самом деле явились за ним на рассвете. Лондо сцепил зубы и взмахом руки, отвергнув помощь, шагнул в коридор. После семи дней заключения в полутемной камере свет резал глаза. Каждый шаг отдавался взрывом кошмарной боли, от которой взгляд застилал алый туман. Но он шагал, стиснув зубы. Он Моллари, а Моллари идут до конца. Всегда… Свалиться в обморок он всегда успеет. На площади выстроили в две шеренги солдат. Судя по всему, новобранцев… Конечно, ветераны могли и не выдержать глумления над тем, кто водил их к славе и победе. Всю жизнь отиравшийся при дворе, архонт Вало, подонок Дромо, белый как мел Малакай, равнодушный Туран, протовестиарий Макеро Лорем – куда уж без него! Северо бы и на световой год не подпустил его к казне, а теперь – на – воруй. «Всегда пожалуйста!» ничего не жалко. Ни планет, ни систем, ни государственных денег…
Лондо почувствовал, как кровь сочится сквозь бинты и пропитывает синие брюки, но до хруста сцепил зубы и продолжил идти. Гвардейцы конвоя подлаживались под его темп. Неожиданно, один солдатик, совсем еще мальчишка всхлипнул и повалился на колени. Туран, Дромо, Лорем испуганно заозирались. А юные бойцы один за другим опускались на колени… Перед ним? Опальным? Преданым? Вышвырнутым со службы?! Какой-то гвардеец подскочил к солдатам и начал орать. Занес ногу для пинка. Лондо шагнул в сторону, схватил его за плечо, развернул и от души впечатал кулак в холеную, перекошенную от страха физиономию. Отряхнул руку, вернулся на середину плаца и одолел последние 12 шагов.
Солдаты продолжали стоять на коленях. По их рядам носился ураган шепота «наш стратилат», «заступник», «за нас, простых людей муки принимает…». Какой-то штатский, пытаясь перекричать солдат принялся надрывая голос, зачитывать условия отставки. «Изгоняется из рядов армии за ничем неспровоцированное нападение на достопочтенного архонта Дромо, лишается мундира и наград.» Вало потянулся к его жилету. Лондо схватил его за руку, резко вывернул. Нет, не сломал, но вывихнул точно! А потом сам, дрожащими пальцами принялся сдирать с себя награды. Все, что были пожалованы Центарумом, но не Северо.
Бросил под ноги Турану одну горсть, вторую, третью.
- Это вы вправе взять. Это! Но не то, чем награждал меня мой Император! Только Северо вправе отнять ТЕ НАГРАДЫ.
Туран как-то съежился. Глаза Дромо забегали.
- Архонт Моллари. Ваш мундир..?
Лондо вскинул брови.
- Ввы… ввы были арестованы в нем… Его надлежит сжечь…
Лондо молча сцепил руки, чтобы снова не наброситься на эту… эту тварь… Он слишком слаб. Не убьет, только все испортит… Но твое время придет, дрянь! Придет! Вновь резанула боль. Алая пелена упала на глаза.
Дромо вышибая стекла вываливается из окна.
- Ты, дрянь, вставай на ноги и выходи в Парк. Пора посмотреть в лицо Судьбе! Ну же, трус, подлец, давай!
Кней молча бросается на него. Меч в руке Лондо носится безумной молнией – выпад, еще один, едва заметный взмах кисти и вот уже Дромо
лишается правого уха. Он воет и рвется в атаку.
Лондо отбивает удар и не обращая внимания на льющуюся из раны кровь вновь надвигается на Дромо, сплетая култари смертоносный узор.
Тот отшатывается назад, из культи бьет фонтан крови. Дромо пытается полоснуть его по горлу ножом. Лондо хватает кинжал за лезвие незащищенной ладонью. Вырывает его, не замечая хлещущую
кровь и дикую боль, перехватывает за рукоять и наносит два косых удара в живот врага. Дромо стонет:
- Пощади!
Лондо молча скалится и взмахивает мечом. Голова Дромо, ошалело хлопая еще живыми глазами катится по траве. Лондо падает, но его подхватывает тот самый минбарец с наглым лицом…
Взгляд проясняется…
Лондо смотрит на чинуш и императора «всегда пожалуйста!»
- Мундир мне пожалован императором Северо Великим. И вы не в праве его отнять.
- Вы хотите сказать Северо Наводящим Ужас…, - ехидно осклабился Лорем.
- Да. Он был великим правителем Республики и наводил ужас на ее врагов!
- Архонт Моллари, наше терпение иссякло! – ага, Туран первым запаниковал. Лондо, как всякий опытный воин сразу чувствовал, когда противник дает слабину, начинает отступать…
- Вы лишены воинских званий и наград Центарума и Мы повелеваем вам удалиться в ваше родовое поместье и не разрешаем приближаться к столице ближе чем на 1000 стадиев.
- Пока вас вновь не призовут на службу, - выдохнул Малакай.
«Зачем, друг? – подумал Лондо, - не подставляйся!»
Он резко повернулся, от боли мутилось сознание. Но он должен пройти… До конца… Опальный архонт… бывший стратилат… бывший герой… Ты сражался на сотнях миров, не кланялся ни лазерам, ни пулям, ни стали. Бросался в гущу боя, на земле и в космосе, не страшась никого. Боялись тебя! Ты был Партусом – Львом Галактики, лучшим… Но тебя сразил не выстрел бластера, не взрыв наногранаты, не удар ножа… Кучка интриганов… Он не помнил, как проделал путь с плаца, помнил только руки Урзы и Прово, ласковые объятья Юны, повисшую на шее Катару, издерганную Тимов, сжимающего кулаки Кирила. А потом он вновь провалился в черноту небытия. Он слышал божественную музыку, видел спокойного рассудительного парня-землянина, прекрасные храмы и устремленные на него юные глаза… Одну девочку он уже где-то видел, только она была старше… много старше…

38-й год до Обретения Бога. Центавр Примас. Министерство иностранных дел.
- Малакай! Я возьму его, ради него самого и ради его отца! Боги! Как он себя вел! Это был не позор – триумф! – Клавдио Валентри задумчиво барабанил пальцем по стопке бумаг, - но Лондо – не дипломат!
- Он невероятно талантлив. И будет дипломатом не хуже, чем был военным…
- Он не справится. Он привык командовать боем, носиться на истребителе, водить в атаку солдат… А дипломатия – это же сплошные расшаркивания…
- Отправь его на какую-нибудь захолустную планету. Например, на Землю. У них страшный разброд идей и полный беспорядок… Сотни погибших в самом расцвете империй – а это тысячи новых идей! К тому же у землян замечательная музыка. Лондо любит музыку…
- Я слышал…
- Слышал, но не все знаешь… Лучшими монографиями о центаврианской опере, написанными за последние двадцать лет стали исследования некоего Кикеро. Это – псевдоним Лондо.
- Это… это его книги?!
- Ну да. Он отдавал им каждую свободную минуту. Я же говорю тебе – он… не побоюсь сказать – гений! Земля ему понравится. И он понравится землянам. Его любопытство ненасытно, он любит все красивое, а эта планетка, хотя и захолустье, может похвастать потрясающей и близкой к нашей культурой.
- Хорошо! – архонт Валентри встал. – Я добьюсь назначения Лондо главой нашей миссии. Пригрожу своей отставкой…
- Я тебя поддержку. Он – надежда Республики, но ему надо набраться опыта. Будущий император должен быть не только воином…
- Ты веришь всем этим пророчествам? – хмыкнул Валентри.
- Их слишком много, чтобы не верить…
- Что ж, тогда пора идти к «всегда пожалуйста!». Думаю, если мы насядем на него вдвоем – он не отвертится… А Лондо в ближайшие дни получит возможность служить…

18-й год до Обретения Бога. Дальний космос. Ударная группировка «Скутарион».  Дипломатическая станция «Вавилон-5».
- Кирил! КИРИЛ! – Кесаро, похоже не мог удержаться от крика.
- Не ори! И так голова раскалывается! Мы что, идет на Нарн? Больно уж рожа у тебя счастливая…
- Нет, дружище, Нарн подождет! У ящериц еще все впереди! Смотри, смотри, что передали с последней сводкой… ЕГО восстановили в армии! Он снова СТРАТИЛАТ!
- О Боги! – Кирил натянул сапоги и на ходу застегивая мундир рванулся на капитанский мостик.
- Где?! Дай приказ!
- Вот, вот читай! «Архонт Лондо Моллари за заслуги перед Республикой восстанавливается в военных чинах и званиях.» Ему присваивается звание стратилата пожизненно! Ему возвращаются все награды!
- Боги, Боги, Боги! – Кирил размазывал по лицу слезы… слезы радости. – Па! Наконец-то… Родной ты наш!
- Что случилось?! – ворвался в командный пункт дромона «Сервий» Криспо.
- Па…. Па… восстановили в армии…
- Дядя снова стратилат?! – Криспо уставился на кузена.
- Ну да! – Кирилл неожиданно рванулся к иллюминатору. – Это еще что такое?! Кто приказал стрелять?
- Никто… никто! Солдаты сами… Они тоже услышали… Это салют… Наш стратилат вернулся!
Кирил не стесняясь плакал, перечитывал строчки указа. Ионные, лазерные, плазменные лучи отбрасывали блики на командный пункт. Салют… В честь победителя… В честь СОЛДАТСКОГО СТРАТИЛАТА…

- Вир, открой! – рявкнул посол. Он не отрываясь уже в который раз перечитывал пергамент, пришедший с дипломатической почтой.
Вир, отставил в сторону до блеска начищенный сапог отца, полюбовался на свое отражение – прямо как зеркало и лениво заметил: «Войдите»
В приемную ворвался молодой центаврианин в мундире космофлота с погонами комита.
- Где стратилат?! – гаркнул он.
- Великий Творец! Кесаро! – Лондо так и не выпуская из рук пергамента с которым не расставался с самого утра, раскрыв объятья, вышел навстречу военному.
- Мой стратилат, - у того по лицу заструились слезы… слезы радости.
Вир, ничего не понимая, стоял и хлопал глазами.
Неожиданно военный рухнул на колени. И протянул отцу… послу какой-то сверток.
- Ваш мундир, мой стратилат!
- Сберегли?! – Боги, что это с отцом, он тоже плачет?! Вир остолбенел.
Лондо ухватил Кесаро за плечи, поднял с пола, расцеловал в обе щеки. А потом обнял. Вир неожиданно почувствовал жгучую ревность. Не то, чтобы… Но отец обычно так обнимал только ЕГО. Ну Леньера приобнимет, с Ивановой напьется, но вот так вот, крепко по-отцовски – только его, Вира!
- Отдохнешь?
- Нет, ваше превосходительство! Я на четверть хора залетел. Мы в патрулировании…
- Спасибо, Кесаро, спасибо родной… И скажи Кирилу, Криспо, что… что новый день наступает! Пришло наше время, мальчики!
- Мой стратилат! Мы и фламуллу сберегли…
- Погоди… Ее черед еще не наступил!
Кесаро лихо щелкнул каблуками и весело подмигнув ошалевшему и так ничего и не понявшему Виру быстро зашагал по коридору.
Лондо провел по свертку дрожащей рукой. Еще раз. А потом подхватил сапоги и шагнул в кабинет.
Вир вздохнул и начал разбирать бумаги. Нда… Отец… посол как только прочел этот пергамент, так сразу закрылся в кабинете. А бумаг-то вон сколько…. Сапоги надрай, посуду помой, да еще и документы разбери… А тут уж пора обед готовить… Прошло не меньше хора, когда Вира насторожили незнакомые звуки. Кто-то четко печатая каждый шаг, расхаживал в кабинете отца… посла. Не вызывать ли кого из службы безопасности? Кто это проник в их покои? Может, тот военный вернулся? Но мимо Вира не пройдешь.
Шаги приблизились к двери кабинета. И в приемную шагнул высоченный центаврианин в иссиня черном  из тонкого бархата мундире с серебряными погонами и шитьем. Мундир сидел на нем как влитой. Плечи расправлены. Грудь колесом. Парчовый жилет украшали медали за десятки кампаний. Волосы тщательно причесаны… Сапоги надраены до зеркального блеска… Но ведь это он, Вир, их только что чистил. ОТЕЦ?!
- Вир! – незнакомец сразу же стал тем самым родным и близким человеком. – Вот моя кредитка. Иди, прикупи детали для голостимулятора. То, что указано в  списке… Я начинаю разрабатывать план по возвращению НАШИХ миров, прихваченных нарнами. – Лондо расправил манжеты. Убедился, что запонки застегнуты на совесть.
- Ну что ты стоишь! Поторопись! Я должен представить план к завтрашнему вечеру. И смотри, держи язык за зубами. Ты теперь не только мой атташе, но и оптион или как земляне говорят – адъютант. – Его серые глаза сверкали, руки продолжали бессознательно поглаживать мундир.
- Ты не понимаешь, мой мальчик,  - Лондо неожиданно притянул Вира к себе и крепко обнял… - Но когда-нибудь поймешь… Я умру в императорском облачении, но навсегда останусь стратилатом, солдатом своей Республики… Я живу ради нее и служу ей… С ней я обвенчался навечно… Ступай… У нас впереди много дел! Много сражений! И убери всю эту дрянь со стола. Оставь бривари, да, пожалуй, земные вина. – Лондо впечатывая каждый шаг вернулся в кабинет. Вир поспешил за деталями, успев только услышать резкий, гулкий голос отца… посла… стратилата.:
- Компьютер, вывести все данные по системе Дельта Корви…

Я – Кесаро Аллери – Доместик схол космофлота Великой… теперь уже по-настоящему Великой Республики Центавр. 1200 миров – это вам не шутка. Для большинства моих соотечественником возрождение Родины началось с воцарения Бога-Императора, Лондо Моллари II Великого, Неистового, Божественного. Для меня… для меня все произошло много раньше. В 38-году до обретения Бога. В камере офицерской гауптвахты, когда я принял из рук Божественного на хранение знамя его мирры и его мундир. Он не терпел фальши, будучи смертным. Не терпит ее и став Богом. Он всегда и во всем был истинным. Истинным воином, истинным государем, но я знаю, что более всего он ценил и ценит свое звание стратилата. Не зря ведь Божественный избрал этот мундир своим нынешним облачением… Облачением БОГА. Нашего Бога… Истинного Бога!
Написано в 15-й год от обретения Бога Кесаро Аллери, собственноручно, на флагмане «Троано Моллари» ударной группировки «Касис» в секторе созвездия Канес Венатицио.

0

20

1 часть Г. Киз
G. Keese
The First Encounters, The Last Encounters...
Последние встречи. Первые встречи.
38-й год до Обретения Бога. Центавр Примас. Имение рода Моллари

Погода никоим образом не соответствовала настроению. Наоборот, весеннее
буйство жизни, ясное синее небо никак не походили на мрачные думы и рвущие
сердца воспоминания молодого стратилата. Нет, тут же одернул себя он,
БЫВШЕГО стратилата, ПРЕДАННОГО и ОПАЛЬНОГО… Он осушил бокал
бривари и тяжело опираясь на трость встал.
- Ваше сиятельство! – тут же рванулся к нему верный Дансени.
- Чего тебе? – рявкнул хозяин.
- Доктора вам запретили, не велено вам еще много ходить…
- Дураки они, твои доктора! – жестко отрезал стратилат… БЫВШИЙ стратилат.
– Неужто ты не понимаешь, что я ТАМ должен был остаться?! Со своей миррой
– со своими тремя тысячами подчиненных! Им нужно было убить меня, а они
загубили моих солдат, а я… я… опять выжил! Как же ненавидит меня Вселенная!
– он грохнул тростью по скамье и захромал к кромке леса. Бутылка бривари
опрокинулась и старое вино потекло на молодую траву.
Денщик горестно вздохнул. Неужели и в самом деле все закончится вот так?
Опалой и деревенской ссылкой. И бесконечной душевной болью, которая
убивает хозяина эффективней любой чумы.
Его сиятельство, глава старейшего дома, кавалер всех боевых наград Республики
и БЫВШИЙ стратилат, не оглядываясь шагнул в лес. Кажется в доме запищал
коммуникатор… Опять эти стервы… Будут язвить, ругаться, грозить, требовать…
Требовать, чтобы извинился перед этими подонками… Потому как им, видите ли,
на бал хочется… Ну, Тимов, конечно, этого требовать не станет. Хоть раз в жизни
она сошлась с мужем во мнении, одобрила и драку в штабе и отставку. Но две
остальные… Конечно, может быть, это кто-то из детей – но смотреть в их
полные жалости глаза еще тяжелей… Смотреть и вспоминать голубые глаза
Сесилы и снова и снова чувствовать как ее кровь струится по его рукам, и как
вытекает из нее жизнь. Вспоминать по-мальчишески серьезное лицо 13-летнего
Кризо, судорожно сжимающего ЕГО руки, вспоминать слипшиеся от крови
волосы, и опять… опять чувствовать, как  каждый вздох его маленького
отважного сына приближает смерть. И вспоминать снова и снова, как его люди,
его солдаты гибнут один за другим, захлебываются собственной кровью, но не
отступают, сражаются даже получив смертельные раны, вспоминать опять и
опять, как верный друг детства – Андро бросается вперед, под луч бластера,
отталкивает в сторону его… Зачем, Андро?! Ведь мне надо было остаться с вами.
Я ДОЛЖЕН был остаться с вами… Хозяин поместья привалился к стволу старого
дерева. Боль в только что сросшихся ногах почти не чувствовалась. Боль, которая
разрывала душу вонзалась в память раскаленным клинком. Жизнь… к чему она
теперь? Его люди погибли… И его душа умирала вместе с ними… Жаль только,
что не достало сил проломить костылем голову этому подлому интригану –
главнокомандующему флотом сектора. Тогда умирать было бы легче. Бросился
бы на меч, хоть как-то отомстил бы, и спас бы род от бесчестья. От бесчестья?
Убить подонка – теперь бесчестье? Трижды проклятому Нарну чуть ли не
раскланиваясь даровали независимость, ненавистным дилгарам, которые
способны лишь на кощунства над самой природой не дали получить по заслугам.
Империя разваливается на глазах. Хорошо, хотя бы, старый Северо ничего этого
не видит. Хорошо, что ничего этого не видят отец и дед. А ему выпала горькая
доля ВИДЕТЬ, и не иметь сил ИЗМЕНИТЬ. Наверное, он вправду погиб там, на
Гораше, и теперь только его тоскливая тень бродит сейчас среди деревьев.
Неужто, все зря? Все тысячелетия борьбы, трудов и кровавого пота? Все
выброшено, как «пережиток прошлого»? Все жертвы его народа? Ради чего
сражались его предки? Ради чего сражался он сам? Ради чего погибли Сесила,
Андро, Кризо? Чтобы соседний помещик, к которому его за каким-то чертом
понесло вчера, мог валяться на своем диване и лакать кислое домашнее вино,
рассуждая о пользе нового указа? Указа, который за пару лет превратит и без
того не святую, но все же, в большинстве своем помнящую о своем долге знать,
в стаю пошлых интриганов? А мелочь, вроде этого тупого Котто – в паразитов?
Как можно было освободить знать от обязательной службы? Мало
территориальных уступок? Надо и сам народ превратить в ленивых тупиц?
Вот за что погибли его люди? Чтобы эти скоты жрали, совокуплялись,
перемывали косточки соседям и знакомым, а скоты, что чинами поболее
интриговали друг против друга просто, чтоб развеять скуку? За это? Чтобы этого
ленивый подонок цедил сквозь зубы слово «служба», так точно рассуждал о
зубной боли? Не прослужив по сути ни часа…
Снова наваливались ночные кошмары, черные, похожие на пауков корабли,
застилающие небеса, огонь пожаров, предчувствие страшных мучений, от одного
которого все тело сводила боль, видение о собственной смерти от рук какого-то
одноглазого нарна…
Он нащупал под кафтаном ножны с остро наточенным кинжалом. Что ж, в
самый раз. Проглядел верный денщик. Думал, раз уж мечи все позапирал, так
хозяину и покончить с собой будет нечем? Нож древний. Судя по семейным
преданиям сам основатель рода его отковал. От него смерть принять – честь…
Поместье уже не видно за деревьями. Пока Дансени хватится его и кинется на
розыски все будет кончено. Главное сразу нанести точный удар в левое сердце….
***
Лукро Котто наблюдал за букашкой, которая ползла по краю, полного стакана.
Свалится в вино? Или нет? Ишь, держится… Вино хотя и кисловатое, но крепкое,
и Лукро хотелось побыстрее опорожнить стакан, тем паче, что почти летняя
жара располагала к обильным возлияниям.
Лукро зевнул. Упрямая букашка никак не хотела сваливаться, ни в вино, ни на
расхлебяненный столик. Упрямая… Как этот столичный аристократишка, сосед.
Хоть и опальный, а сверху вниз глядит. Зубы сцепил, подлец, вояка. Видите ли,
все должны служить. Это что ж, он, Лукро должен мотаться с планеты на
планеты, воевать с разными варварами, да еще ожидать, что свои же
соотечественники готовы в любой момент нож в спину воткнуть.
Нет… Все ж аристократишка тупой солдафон. Его, можно сказать, отдали на
убой, а он вишь ли, нового назначения просит, уйдя из армии – а как не уйти,
если прилюдно! своего же главнокомандующего костылем огрел… Все им, можно,
этим главам Первых Домов. Отделался сущей ерундой – ну подал в отставку. И
что? Живи, радуйся, что целым выбрался из мясорубки. Угодья у него большие,
богатые. Хаживал бы к соседям в гости, заваливал бы крестьяночек… Так нет же.
Ходит, как живой мертвец, как тень какая-то… А глаза – пустые, свинцовые,
горечью так и хлещут.
И чего было его приглашать? Ну, сестрица, конечно, настрочила карточку-то. Ах-
ах… Знаменитый дуэлянт, кавалер всех орденов, да еще и в опалу угодил… А что
он еще и бабник знатный… Впрочем, это-то наверняка и было главной причиной.
Кто мы, приличные люди, для этих дур… Букашка в этот момент зашла на второй
круг. Мучимый жаждой Лукро, заворочался,  на своем желтом диване, сбил ее
пальцами на пол и припал к стакану. Нда… Неплохое вино, даром, что с
кислицой… Мысли вновь лениво потекли к соседу. Бабник, конечно, он знатный.
Даже сейчас, вон еле на ногах стоит – и то этой дуре толстозадой надрал по
дороге цветов. Однотонных правда, нет что б желтых там, да синих, да всяких,
как вон диван. Но дура и этому букетику возрадовалась. А он сидит прямой, как
кол проглотил, и цедит: «Подал прошение определить меня на новую службу».
Ну на кой это ему? А да, народу он служить хочет – вон таким, как тот дурень
крестьянин, что тащится по двору. Сейчас просить начнет – машина какая-
нибудь поломалась, или сарай сгорел… Можно подумать, он, Лукро Котто,
располагает свободным времен для решения таких идиотских вопросов.
Служить, видите ли, это долг знати перед народом.
Это еще разобраться надо кто кому сколько должен. Если б не такие, как его
соседушка жизнь бы… как по маслу шла. Хорошо, что его из столицы выслали. А-
то бы с солдатней своей учинил переворот и – прощай тогда мягкий диван и
такие вот утренние радости. Дневные, вечерние и ночные, тоже…
Республика, видите ли, погибает… С чего ей погибать-то? Может и пары
планеток хватит для хорошего житья. Чтоб сыто жилось и вино в подвале не
переводилось… Республика! Возрождать ее, спасать… А значит, не есть, не спать,
а воевать. А на войне и покалечить смогут, а то и убить. Стоит ли пустое словцо
таких жертв?
Лукро Котто опорожнил еще один стакан, одновременно пытаясь высмотреть на
полу давешнюю букашку. Удрала, подлая… в щель небось, что в полу уползла…
Ну так он и сказал этому БЫВШЕМУ стратилату. Мол, Республика – просто
слово, а народишко это обычное стадо чакатов…
Пробрало гостюшку, ох пробрало. Лукро даже сейчас поежился, вспомнив, как
метнулась рука опального аристократа к бутылке. Думал тогда – наверняка
голову раскроит. И глазами своими серыми резал, похлеще бластеров. Но норов-
то удержал… Опальный, будь ты хоть главой старейшего Дома, все одно –
опальный. И семейке его бы не поздоровилось, коли б убил радушного соседа.
Видать все же стоило подколоть этого Моллари.
Лукро нацедил еще один стакан, а вот выпил только со второго раза, да и то
половину пролил на диван. Позвать прислугу? Да черт с ней. Все само высохнет.
А-то ведь вставать придется. Да не дай Боги еще с землероем тем о сгоревшем
сарае или с чем он там приплелся, придется говорить. Пусть управляющий сам
подсуетится… Если, конечно, не упился уже, подлец…
А это что еще такое? Лукро вылупился в окно. Ишь вырядилась, дура. Не иначе
решила с аристократишкой в травке покувыркаться. Ох и тяжела же ты жизнь.
Все ж, придется встать с дивана и выдрать несносную сестрицу. Кассана,
разрядившаяся, точно на праздник двух лун с корзинкой для пикника
решительно направлялась к подлеску.
Видать, решила поПрововать, столичного извращенца, перед тем как стать женой
солидного и достойного, как вот он Лукро, деревенского помещика. Встать или
не встать? А-то ведь, этот аристократишка, судя по слухам, кроме семерых детей
от жен законных, наштамповал с десяток ублюдков. Слушок дошел, что он в
свою мирру бабу взял и от нее двоих мальчишек прижил. Одного-то вроде как
младший его братец усыновил, а второй с ним на этом, как его Каре… Га… Гарете,
или как там эта планета называется, был и там его, ублюдка этого, дилгары
порешили… Это ж додуматься, огольца 12-ти лет с собой по фронтам таскать. Вот
и дотаскался – ни любовницы, ни сына… А где же Кассана? Улизнула уже! Надо
бы встать. Может догнать удастся, да накостылять толстозадой, чтоб не вешалась
на шею к таким вот типам. Нет… Уже далеко ушла. А пока встанешь… Это что ж
– бегать за ней, за дурой? А, черт с ней. Да и в случае чего, снова можно будет
прищучить аристократишку. Чтоб не разводил тут разговоры о «службе» во
благо какой-то там Республики и скотов, именуемых им «народом»… Лукро
зевнул и нацедил еще один стакан…
***
Моллари осторожно вытянул кинжал из ножен и ласково погладил острое,
древнее лезвие. Один удар – и все. Покой, избавление от ночных кошмаров, от
всех сюрпризов, что приготовила ему Вселенная. А в том, что она припасла ему
еще горя, которого хватило бы на десяток жизней, он не сомневался.
- О! – неожиданно неуклюже-кокетливо, возопил женский голос. – Какая
мииилая штучка!
Лондо был так ошарашен, что чуть не выронил кинжал. Голос принадлежал
давешней знакомой, кажется, сестре того тупого деревенщины, которой он
насобирал красивый букет. Девица возлежала на полянке возле небольшого
прудика и раскладывала вино и закуски на скатерочку для пикника.
- Как вы вовремя появились, - продолжила девица… кажется, Кассана? - ... Я уж
думала, что придется наслаждаться обществом природы в одиночестве… - Она
устремила на него, как ей казалось, томный взгляд коровьих глаз и захлопала
ресницами. Ее кокетство было таким провинциальным, наивным, откровенным,
что Моллари сначала опешил, а потом попытался улыбнуться… Он не улыбался
уже полгода… Ухмылка получилась горестной и кривой, но получилась.
Осторожно вложил кинжал в ножны, и опираясь на трость шагнул к девице.
Почему-то, ему стало ее жаль. Что ей доведется повидать в жизни? Не пройдет и
пары месяцев, как ленивый, подлый братец отдаст ее замуж за своего
собутыльника и будет она коротать свой век в деревне, растить детей от вечно
недовольного всем, и вечно пьяного муженька, который и руку-то не догадается
ей поцеловать. Он вспомнил, как вчера вечером она раскраснелась, когда он
вручил ей букетик простых полевых цветов… И это, скорее всего был ее первый
и последний букетик… Что ж, может быть, воспоминания, которые он сможет ей
оставить, скрасят ее беспросветное прозябание замужем за скотиной, подобной
ее братцу…. Последнее доброе дело… Лондо, тяжело опираясь на палку,
поклонился барышне, поцеловал ей руку и опустился на траву.
- Простите, что сегодня без цветов…
Она захихикала и протянула ему бокал вина…

Девица и в самом деле оказалась девицей, но отдалась любовным утехам со всем
пылом молодого здорового тела. Лондо загнал боль в израненном теле в самый
далекий уголок мозга. Он впился губами в ее сочный рот. Он шептал ей нежные
слова, целовал ей каждый палец, Кассана откликалась на каждую ласку. Нет, это
нельзя было назвать любовью. Это была мимолетная страсть, которой они оба, а
он был уверен, что и она, тоже, гасили на мгновения, предчувствия будущих
горечей, бед, невзгод… Они больше не увидятся, он знал это наверняка, об этом
вопил его пророческий проклятый дар, но что-то… что-то важное сейчас
происходит. Что-то нужное. И нужное даже не ей, а ему, и не только ему, а
Родине. Боль забилась в уголок. Душевная боль не утихала, но отступила…

Как ни странно, минуло несколько часов – судя по положению солнца, когда
любовники наконец насытились друг другом. Лондо даже начал подремывать,
окутанный сладкой истомой. Он так и не заметил, как
Кассана тихо собрала свою корзинку и ускользнула с поляны. Он дремал,
измученный всем, что свалилось на него в последние полгода. И ему снился
неуклюжий парнишка с такими же как у него серыми, но мягкими глазами…
Эти глаза сливались с голубыми глазами Кризо… Кризо, которого он хотел
сделать своим наследником… Теперь наследником будет его собственный
младший братишка - недотепа и чудак, а потом Карн… Сейчас Карну год… Карн
– племянник… И дочери не подведут… Они умницы – все его дочурки. Они
поймут. Он очнулся от полудремы и снова стиснул рукоять кинжала. Вот сейчас.
Хорошо уходить вот так. С легкой душой…
Но тут в руку впились мозолистые пальцы.
- Опять вы за свое! – загрохотал верный Дансени. – За дурака держите? У
меня все угодья жучками усеяны! Не дам я вам себя погубить! Помните, что
сказала пророчица Ланасов – Вы приведете нас к истинному Богу, вы спасете
народ и создадите новую Республику…
- Ну, допустим, она говорила не так прямо… Я до сих пор не понял, в отличие от
тебя, о толкователь пророчеств,  - Лондо попытался вырваться из цепких рук
денщика, но только снова повалился в траву.
- А иначе и не истолкуешь, чего там наши бабы наболтали! – Дансени вырвал
кинжал из рук хозяина, помог ему встать и сунул в руку трость. – Идемте
домой. Вам пришло назначение. В дипломатический корпус. Вы возглавите нашу
миссию на этой… как ее… Земле.
Лондо захромал к поместью, бросив на ходу: «Свяжись с Тимов. Скажи, что она
полетит со мной. И возьмем с собой младшую. Ей полезно будет посмотреть на
иной мир.»
Дансени с облегчением вздохнул.

Центавр Примас. Императорский дворец. Тот же день. Вечер.
- Зачем ты это сделал, Малакай? Только потому что, его отец был твоим другом?
– удивленно пожал плечами Туран. – Ну какой из Моллари дипломат?
- Я думаю, - медленно начал первый министр, - что дипломат из него выйдет не
хуже военного. Научится сдержанности. Чтобы о нем не говорили, и как бы вы
не расходились с ним во мнениях, он, пожалуй, единственный патриот при
дворе. Он живет только для Республики, но ему надо оправиться… То что
случилось… То, что с ним сделали – подло…
- Ты упрекаешь меня?
- Нет. Но вы бездействовали, пока эти интриганы плели свои сети и мы чуть
было не лишились единственного главу великого Дома, которому можно
доверять.
- Он - слишком военный, если ты меня понимаешь.
- Потому он и достоин доверия. Он не шепчется у вас за спиной. Он открыто
возражает против нашего ухода с некоторых миров, а не интригует втихомолку.
А Земля… Земля его исцелит. Он любит и ценит хорошую музыку, а если и есть
что на Земле, так это прекрасная музыка…
- Наверное, ты прав. Да и стоит держать его подальше от двора. С его замашками, ему место только среди нецивилизованных туземцев...

37-й год до обретения Бога. Земля. Женева. Миссия Центаврианской
Республики.
Лондо твердо сжав дочкины ручки, вцепившиеся в штурвал «скарабея»,
осторожно повел челнок на посадку. Кораблик мягко сел на крышу здания
центаврианской миссии. Катара радостно взвизгнула и повисла у отца на шее.
- Ну вот, моя умница, видишь, какой из тебя получился пилот! – ухмыльнулся
тот.
- Да ладно, папочка. Ты же «скарабеем» и управлял.
- Не управлял, а направлял твои прекрасные ручки, - Лондо перецеловал дочке
пальцы и крепко ее обнял.
Катара нашарила отцовскую трость. Как они, шутя называли ее –
императорскую. Была еще и премьерская. Обе трости были куплены тут на
Земле. Одна принадлежала премьеру давно распавшейся Империи, который
успел много повоевать и руководил своей страной в самые трудные годы. На
Земле тогда шла Вторая мировая война. Императорская же трость была некогда
собственностью властителя другой земной державы. Тот тоже был воином,
политиком, дипломатом, и сам не раз сражался в первых рядах своих войск. Он,
правда, был еще очень высок ростом, так что хорошо, что папочка не ниже него.
Но Катара была бы рада, если бы трости эти папочка использовал просто как
дополнение к костюму, а не потому, что без них не мог сделать и шага.
Проклятые дилгары! Они все свое оружие заражали нановирусами, потому
папочка вот уже третий год ходит с таким трудом. Впрочем, матушка
утверждала, что эти трости приглянулись папочке потому что их прежние
владельцы тоже… хм… не будем использовать язвительное слово… скажем иначе,
любили выпить. Ну да на маменьку не угодишь, она, например, полагала что они
уже восемь раз побывали на представлении «Пиковой дамы» в Большом – люди
называли этот театр только так – на каком бы языке не говорили – не потому
что это великая опера с потрясающим сюжетом, а потому де, что папенька
картежник похуже Германа. А, пусть, ехидничает, мы с папочкой выше ядовитых
насмешек. Катара помогла отцу встать и они зашагали к входу. На посадочной
площадке уже суетился верный Дансени.
Пока лифт спускался с лица отца не сходило мечтательно-задумчивое и
печальное выражение.
- Ты все еще думаешь о музыке, папочка? – тихо спросила Катара.
- Да, радость моя. Эта симфония… Она… она, как сама жизнь. Борьба, краткие
мгновения счастья, удары судьбы и смерть…
- Ох, папка! – Она прильнула к его груди. – У меня уже в самом начале, когда
после нескольких минут той спокойной темы, вдруг рванул тот аккорд, прямо
мурашки побежали…
- Я разговаривал с музыкантами после концерта. Они сказали…, - глаза Лондо
затуманились, словно перед ним опять пронеслось какое-то видение, - что
композитор сам дирижировал во время первого исполнения этой симфонии и
умер в тот же день.
- Может быть, он был пророком?
- Не знаю… Земляне отрицают в себе этот дар, хотя… хотя я думаю, они просто не
понимают, что у многих он действительно есть… Эта музыка… она рассказала мне
о моей жизни и смерти больше, чем многие мои видения…
Катара заметила, что у отца увлажнились глаза и поспешила стереть с его лица
непрошенные слезы. Хотя сама не стесняясь плакала в театре.
Створки лифта бесшумно разошлись. Ой, матушка. Руки уперты в бока. Ну,
сейчас им перепадет!
- Лондо! Лучше бы ты пил! – рявкнула Тимов.
- Что ты имеешь в виду? – опешил глава рода Моллари.
- Потому что, когда ты пьян, ты не рыдаешь. А вот эти концерты и оперы – они
для тебя прямо как наркотик.
- Они – не наркотик. А! Да что ты можешь понимать в МУЗЫКЕ!
- Музыка – это просто музыка. И заливаться слезами от каждой ноты вовсе не
обязательно! Впрочем, может быть все дело в том, что после Гораша у тебя мозги
совсем набекрень встали, хотя, куда уж дальше? Кстати, у землян,
действительно, есть кое-что полезное, кроме обожаемой тобой музыки, которую
Я,  - Тимов, - четко выделила это «я»,  - к полезному не отношу. А именно –
милый обычай поболтать за чашечкой кофе или чая, да, да, не за РЮМКОЙ чего-
то многоградусного, а за ЧАШЕЧКОЙ ЧАЯ, земная медицина – грубая, но
действенная и твой офицер связи – землянин.
Лондо и Катара просто молча уставились на Тимов. Наконец, Моллари вздохнул:
- Ты опять читала всякую чушь?
- Детективы, которые ты называешь чушью, между прочим, неплохо развивают
логическое мышление, в отличие от твоих древних летописей на мертвых языках
и трактатов об управлении Империями давно ставшими прахом. Не говоря уж о
слезливых пиесах. Видимо, не зря, почти все самые лучшие детективы написали
женщины. Они, в отличие, от вас, мужчин способны МЫСЛИТЬ и МЫСЛИТЬ
ЛОГИЧНО…
- Ну и, как же связаны друг с другом чай, Джефф и земная медицина? – начал
злиться Лондо.
- Все очень просто. Этот милый молодой летчик, с которым вы уже почти год
болтаетесь по скачкам давно не имел возможности просто поболтать с
РАЗУМНЫМ существом о своих личных делах. А так как почти вся его родня
живет на Марсе, таковым РАЗУМНЫМ…
- Стала для него ты? – Вздернул густую бровь Лондо. – Вот уж не думал, что
молодой Джефф настолько лишен РАССУДИТЕЛЬНОСТИ.
- Заткнись и слушай! – резко перебила Тимов. – Я всегда полагала, что бабника
хуже тебя просто не может существовать во вселенной, но ошибалась…
- А, подвела, значит безупречная «женская логика»! – язвительно заметил
Лондо.
Тимов столь свирепо воззрилась на супруга, что тот решил не продолжать. Хотя
стоять на одном месте становилось все труднее. Ноги уже не ныли, а
разрывались от боли. Ну ничего, он устоял под огнем дилгаров, так что выдержит
и разговор с женой. Оно, конечно, в бою легче, но сдаться сейчас… этого он себе
не простит!
- Так вот, Джефф с удовольствием разговорился за чашечкой чая о своих
амурных похождениях. Я, по его словам, напоминаю ему его тетушку, с которой
он всегда делился личными переживаниями. Итак, в данный момент у него
роман с молодой сотрудницей из института Пастера – там как раз работают
лучшие специалисты по вирусологии и иммунитету. К тому же, это совсем
недалеко.
- Что ты от меня хочешь, в конце концов?! – зарычал Лондо, пытаясь
пересилить боль и сделать вид, что стиснул трость так, что побелели костяшки
пальцев вовсе не потому, что вот-вот свалится на пол от дикой рези в ногах, а
потому что сердит.
- Я хочу, чтобы ты, в конце концов, стал здоровым, чтобы мог спокойно стоять и
не стискивать зубы, чтобы не взвыть от боли, что делаешь сейчас, - спокойно
заявила Тимов. – Так вот, нынешняя девушка – ха! -Джеффа, работает в
лаборатории, которая как раз занимается лечением таких вот ранений, от
которых ты уже третий год еле таскаешься. Я не хочу больше видеть, как тебя
трясет лихорадка, как ты время от времени стискиваешь зубы, чтобы не
застонать, я не хочу больше слышать, как ты ковыляешь, громыхая палкой по
полу. Словом, я хочу, чтобы ты перестал быть инвалидом. Так что, ты завтра же
отправишься с Джеффом в институт Пастера, как бы с визитом, впрочем, думаю,
это и так следует сделать. Там подружка твоего земного порученца тебя
обследует и быстренько поставит на ноги.
- А если я откажусь? – прохрипел Лондо, с благодарностью почувствовав, как
Катара прильнула к нему, помогая отцу устоять.
- Тогда я вышвырну тебя с супружеского ложа. И вообще. Это не предложение
– это ультиматум. Думаю, Гораш и так слишком дорого тебе обошелся, чтобы
еще наказывать себя вот так! Тем более, что ты и сам понимаешь – твоей вины
в случившемся НЕТ!
- А тебе какое дело? – с горечью пробормотал он.
- Мне надоело видеть, как мой здоровый, сильный муж добровольно
превращается в инвалида, - яростно рявкнула Тимов. – К тому же я слишком
давно не отвешивала тебе оплеухи. Что, устраивает?
- О, да! Это в твоем духе – вылечить мужа, чтобы давать ему пощечины за
малейшую оплошность.
- Именно. Кстати, именно о подобной малости с тобой желает поговорить некий
Лукро Котто. Он на связи. Так что – хромай в кабинет, и готовься к
завтрашнему визиту в институт. Тем более, что надо спешить. Судя по всему у
Джеффа назревает новый роман. О, Боги! Эти мужчины! - Тимов развернулась и
шурша парчой зашагала прочь.
Лондо привалился к стене.
- Тебе больно, папочка? – встревожено заговорила Катара.
- Да, - сквозь зубы просипел Лондо. – Ничего, потерплю. Думаю, тебе надо
переодеться и привести себя в порядок. Я поговорю с этим… Лукро и
присоединюсь к тебе в гостиной.
- А если свалишься? – иногда Катара говорила точь-в-точь как мать.
- Доползу, как-нибудь, - криво усмехнулся Лондо и опираясь на палку и держась
за стены двинулся на штурм кабинета. От лифта – 72 шага. Ничего, одолею! На
72 два шага ушло не меньше четверти часа, хотя он и старался как мог. Наконец,
заветная дверь. Лондо ввалился в кабинет и буквально рухнул в кресло. Лицо
скривилось от боли, он шумно выдохнул, унял дрожь, прокашлялся…
- Компьютер, Центавр еще на связи?
- Да, - прошелестел искусственный голос.
- Соединяй…
На экране появилась рыхлая морда деревенского соседа. В руке по-прежнему тот
же засиженный букашками стакан с кислым вином. О, Великий Творец, он что
же, весь этот год так и провел в той же позе, на том же диване? Как ни странно
– вполне возможно. Правда, ядовито-желтый диван был куда сильнее заляпан
винными пятнами, а сосед стал еще более толстым.
- А, архонт Моллари! – фальшиво-радостным и откровенно лицемерным тоном
возвестил собеседник. – Я уже несколько часов пытаюсь связаться с вами.
- Я был на концерте, - ледяным тоном заявил Лондо.
- На… к-концерте?
- Да. Слушал музыку. Оркестр. Вам известно, что это такое?
- О, да, да, конечно. Я, разумеется, не столичный житель, да и по театрам мне
всяко некогда гулять…
«Предпочитаешь лакать вино на своем диване», - свирепо подумал Лондо.
- Но, - продолжал рассуждать обитатель дивана, - тем не менее кое-что общее у
нас с вами имеется, точнее, недавно появилось. – Он смахнул воображаемые
слезы с набухших век из-под которых алчно скалились маленькие черные глазки.
- Вы поступили на службу? – язвительно осведомился Лондо.
- Нет, нет… Что вы, архонт Моллари, когда ж мне пустяками-то заниматься? –
глазки деревенского… тьфу, диванного жителя, заблестели еще злорадней, чем в
начале разговора. – тут понимаете ли, хлопот, с землероями и пастухами, да с
ними ли одними…
Лондо мысленно взмолился ко всем вселенским силам, прося дать ему еще
толику терпения.
- Извольте, перейти к делу… сосед.
- Да… конечно… Забот, говорю, много, с пастухами, да тут еще и родственники не
милуют… Родишко-то наш захудалый, малочисленный, не в пример вашему,
архонт Моллари, да хлопот не меньше… И одно дельце, впрямую вас касается…
Оно понятно, в столице вы к иным нравам привычны, а в деревеньке-то все на
виду… и позор девичий просто не скрыть. Родишко-то у нас, как уже я говаривал,
малочисленный. Вам-то проще – прикажете жениться какому-нибудь
троюродному племяннику – и все… А у нас тут что… И кто ж после этого…
- Послушайте, Лукро! – Лондо уже перестал собирать крохи терпения,
оставшиеся после «беседы» с женой. – Говорите прямо, что вам от МЕНЯ надо!
- Что надо? Позор надобно скрыть, который вы, милостивый архонт, сами того,
конечно, не желая, на мою семью навлекли.
Лондо жалел только об одном. Что собеседник находится в десятках световых
лет от него и нет никакой возможности врезать от души императорской тростью
по рыхлой опухшей физиономии этого типа, тем паче, что первый ее хозяин
довольно часто использовал ее именно так – судя по историческим источникам,
которые удалось раздобыть Моллари, Император, ныне увековеченный в бронзе
на вздыбившемся коне, нередко вразумлял зарвавшихся собеседников кулаком и
тростью.
- Вот он, позорчик-то, - тем временем окончил свою речь боец с букашками и
кряхтя поднял за шиворот крохотного ребенка не более пары месяцев от роду,
видимо лежавшего где-то на полу около дивана.
Лондо забыв о боли в ногах вскочил, опрокинув столик с дорогой вазой.
Ребятенок залился горьким плачем.
- Прекратите издеваться над малышом! Это вам не щенок!
- Как раз щенок – именно щенок, милостивый архонт. Ибо рожден сестрицей
моей Кассаной от… гхм… соития с вашим сиятельством, о коем, вы надеюсь не
забыли. О чем могу и справочку предоставить, да и глазки у него ваши – серые,
- Лукро развернул ревущего младенца лицом. С зареванной мордашки и впрямь
смотрели серые, как у всех истинных Моллари, глаза. Эти заплаканные глазенки
сразили Лондо как выстрел из бластера. Ведь видел… видел… ты, негодяй старый,
чем все кончится! Видел парнишку с серыми глазами…
- А я-то сестрицу готовился замуж отдавать…. – доносилось как издалека
притворно-горестное брюзжание любителя кислого вина.
- Я согласен! – рявкнул Лондо.
Лукро казалось поперхнулся. – Вы… вы…
- Да, я согласен, жениться на Кассане. Ребенок будет носить мое родовое имя.
Вы удовлетворены?!
- Хм, не совсем, -  низвергатель букашек сунул горько плачущего младенца в
дешевую кроватку, которая стояла рядом с неизменным бочонком кислятины.
Лондо уже не заботило, что лицо его перекосило от гнева, что оба сердца
грохочут словно старинные пороховые пушки, и что он уже не говорит, а просто
орет.
- Что вам надо от меня и несчастного ребенка…
- Именно, именно, несчастного… Вы ж, когда утехам с моей бедняжкой сестрой
предавались все еще больны были
- Не болен, а РАНЕН. В БОЮ!
- А мне без разницы, - елейным голосом продолжил  «радушный» сосед. А вот,
мальчишка-то ваш – из-за вашей воинской доблести хроменьким родился, да
сутуленьким видать, будет. Его даже на столь ценимую вами службу будет
нелегко пристроить…
«СЫН! Младший! Из-за тебя сейчас страдает! Пропади пропадом такой папаша,
как ты, Лондо. С самого рожденья дитя страдает – от хама этого и от болезни, в
коей только ты повинен!»
- Вы меня слушаете, милостивый архонт? – буравил алчными глазками
обитатель дивана.
- Да, да, - Лондо с трудом опустился в кресло.
- Так вот, я говорю, государь мой архонт Моллари, жених-то у меня уже имеется.
Более достойный… кхм… чем… кхм… Словом, жених-то есть, и Кассана пойдет
только за него. Только вот щенка куда-то надобно пристроить…
- Я готов усыновить ребенка!
- Это тоже, как бы… кхм… все ж не решение…, милостивый архонт Моллари. Вы
вот явитесь, щенка своего во всеуслышание признаете – а нам опять же с
позором оставаться…
- Лукро! Я вас убью! Вы поняли?! Не сейчас, так через год, не через год –
значит через 10, 20, 30… Вы уже мертвец! Клянусь честью!
- Да как же можно… Грозите смертоубийством, а я вот думаю, как тут положение
исправить… Конечно, я могу щенка этого продать первому же крестьянину и вы
знать не будете где он и что с ним. И связи не помогут… Но решение-то есть.
Младший мой брат, согласен грех сестрицы нашей покрыть и ваш грех, оно
самое…  Да только щенок ваш уже сейчас дороговато нам встал. Справочка от
врача, да взятка ему за молчание, да няньку нанимать, да кормилицу…
- Сколько? – свирепо спросил Лондо.
- Э… кхм…, - пожевал толстыми губами Лукро, - 10 000 дукатов. Не меньше…
- Согласен. Но у меня тоже есть условие. Иначе…, - Лондо подался вперед, -
иначе я убью тебя немедленно. Сегодня вылечу на Центавр и как только
доберусь до тебя – сверну шею. Марать фамильную сталь о такую мразь, как
ты…
- Опять грозитесь, милостивый архонт – и кому? Бедному помещику, который
еле концы с концами сводит…
Но в алчных глазках мелькнул страх. Да, точно. Испугался подонок. Бойся,
бойся… я ведь тебя в самом деле убью. Я ж честью поклялся. Значит – убью! За
то, что над сыном моим издеваешься, играешь его жизнью и судьбой…
- Так вот мое условие, - с трудом взяв себя в руки заговорил Лондо, стараясь,
чтобы голос звучал ровно и спокойно. Насколько возможно.
- Обучение ребенка я беру на себя. Я все оплачиваю и выбираю для него место,
где он получит образование.
- Великодушно, милостивый архонт, великодушно. И я согласен, как же не
согласиться… Только не забывайте, что ему еще есть надо, одеваться и все такое.
Как только забудете… придется расстаться мне с чадом, чтобы убытки покрыть.
- Не забуду! Ни слова из этой беседы не забуду! – заверил его Лондо. – И ни
одного обещания не забуду!
- Тогда… как говорят… да пребудет с вами… кхм… э… Великий Творец… и… это….
Кхм… деньги…
- Вы их получите завтра же. Их привезет мой человек. – Лондо попытался
бросить последний взгляд на утихшего малыша. Спит, пальчик сосет…. Младший…
Лукро оборвал связь. Словно догадался, что Лондо в радость смотреть… пусть
даже смотреть на мальчика.
Компьютер бесстрастно объявил, что разговор велся за счет миссии и выплюнул
распечатку счета. Даже тут не продешевил, подлец. Ну ничего… Ты уже
покойник…
Шею Лондо обвили девичьи ручки. Он ошалело взглянул на Катару. Да и
Дансени толчется в дверях. Значит орал так, что все сбежались.
- Папочка, ты не переживай! Я даже рада, что у меня есть младший братик. Мы
его вырвем у этой… этой… жабы.
- Спасибо, родная, - только и смог Провормотать Лондо и крепко прижал к себе
дочь.
- И концерт был просто замечательный!
- Да. Да… И знаешь, о чем подумалось, - правильно, старый дурак, болтай, болтай,
чтобы не сдохнуть прямо вот тут от стыда, что не смог вырвать мальца из лап
этой… верно Катара сказала… жабы, болтай, старик… на что ты еще способен… -
так вот, подумалось, у землян такая музыка, а они ведь в большинстве своем ее и
не знают – молодые – так и вовсе трясутся под какие-то вопли и
беспорядочный грохот… Литература – тоже, ого! И всего-то за 5000 лет
письменной истории, в отличие от наших 15 000! А что читают? В лучшем случае
– хлам, коим матушка твоя увлекается, а так и вовсе ничего. А какие империи
были… Но словно чья-то злая воля извне все обрывала на взлете, бросала в
тупики… Как будто, кто-то нарочно не дает людям себя проявить…
- Хватит болтать! – это Тимов. Неужто и она все слышала?
- Слышала, слышала, ( прямо мысли читает! ) как ты перед этим слизнем
дураком себя выставил. Ты ж на всю миссию орал. Даже бедняжка Джефф
слышал.  И зубы не заговаривай. Говори прямо. Сколько и как долго будем
платить этой перезрелой поганке.
Лондо поднял глаза на жену. Неужели она все же на его стороне? Злится да. И
правильно делает. Но… поддерживает?
- Не знаю, Тимов… Но ребенка я у него вырву.
- Уж постарайся. А я пойду переговорю с нашими агентами. Ты же завтра
обещал этой гниде 10 000 дукатов?
- Да.
- Ну так их еще взять где-то надо…
- Прости, - прошептал Лондо.
Тимов хмыкнула и ушла.

31-й год до обретения Бога. Земля. Центаврианская миссия. Центавр Примас.
Поместье рода Котто.

-  Тяжелый дромон «Сервий» на связи, - бесстрастно прошелестел компьютер.
- Кирил! – радостно воскликнул Лондо, стараясь не обращать внимания на то,
что мундир у старшего сына просто наброшен на плечи, рубашка расстегнута, а
шорох в каюте явно свидетельствует о том, что первенец  умудрился протащить
на флагманский корабль очередную пассию. Ловок!
- Ну, Па, ты как всегда…
- Не вовремя? – ухмыльнулся Лондо.
- Оно самое…
- У меня к тебе дело. Насчет нашего младшего.
- А что твой табеллион ничего не
может сделать?
- Тут работа не для него, а для разведки. Он официально передает деньги, в
соответствии с теми условиями, которые оговорены в договоре. Тимов… Тимов
сумела настоять на настоящем контракте. Знаешь, она ведь в этих делах… э…
умница.
- Ох, Па, когда вы оба сообразите, что, честно говоря, из вас получилась
лучшая пара из всех что я встречал.
- Не лезь в мою личную жизнь! Нас продали. Обоих. Такое не скоро забудется.
Ну да ладно. Словом, деньги мы этой поганке передаем исправно, Тиро
постоянно встречается с мальчиком, присылает записи. Но, судя по всему, с
ребенком обращаются отвратительно. И я хочу воспользоваться пунктом
контракта, в котором говорится о том, что именно я буду выбирать для Вира,
тьфу, что за дурацкое имя… - место учебы.
- Ага! Надо провести разведку.
- Именно. Заодно, поднатаскаешь своих ребят. Да и телепата с ними пошли.
Главное – достань доказательства! Малакай обещал помочь.
- Все сделаю, отец, не переживай. Привет сестричке…
- Скоро сам привет ей передаешь, на ее свадьбе,  - ухмыльнулся Лондо.
- Словом, главная задача у нашего рода – вырвать младшего из лап этого
подонка.
- Именно. Удачи тебе, сынок!
- Не помешает… Но, справимся. У меня команда – лучшая – ведь все солдаты твоей выучки…
- И своей! Не забывай, что ты – один из них! Просто погоны покраше. Кстати, посмотри-ка, что я тебе достал. – Лондо осторожно
подтянул к себе корзинку с выводком ирландского волкодава.
- Ну, Па! Знаешь ведь, как удовольствие доставить! – засиял Кирил.
- Насколько я понимаю, твое нынешнее удовольствие ожидает тебя в постели.
Так что не буду отвлекать. Щенков отправлю с первым же рейсом. А сейчас мне
надо идти. Земляне устроили какую-то дурацкую встречу с их военными. Что им
понадобилось – ума не приложу.
- Расхрабрились. До сих пор не поняли, что дилгаров ты им на блюдечке
готовыми преподнес.
- Но все же, они неплохо с ними расправились. Хотя мне и в самом деле
тревожно.
- Ох, Па. Не пугай. Когда тебе тревожно, значит в дверь ломится какой-то
ужас. И я не шучу. Высылай щенков поскорей!
Лондо вырубил связь и прошелся к окну. Шесть лет прошло, а до сих не верится,
что ноги ничуть не болят, что он теперь может не только на скачки смотреть, но
и сам в седло на ходу запрыгнуть. И пускать горячего коня галопом, бросив
поводья, так чтобы только ветер бил в лицо… От землян надо будет наведаться в
конюшни… Он с удовольствием щелкнул каблуками. Да, ты снова здоров, а дел
полно, и что ждет тебя впереди? Судя по предчувствиям ничего хорошего.
Проклятый дар. Всю ночь снилось, как лазеры режут, точно нож масло, земные
корабли. Тимов даже сначала накричала, а когда выслушала – умолкла.
Проклятый дар. Что ж, Моллари, пора идти. Итак, передышка получилась долгой,
слишком долгой для тебя. Попрощайся с покоем. Следующие несколько лет вряд
ли принесут тебе много радостей.

Пятеро синодиков по всем правилам военной науки скрытно пробрались к
обиталищу, назвать это разлапистое, несуразное строение, особняком, язык не
поворачивался, Лукро Котто и установив подслушивающие и записывающие
устройства рассеялись по саду. Который назвать садом, тоже, как-то язык не
поворачивался. Все было запущено донельзя. Деревья росли как попало и какие
попало. Протухшие, так и несобранные плоды валялись на земле…
- Вот живут! – покачал головой молодой телепат Афо. – Надо же так все
запустить!
- Не зря стратилат этого Котто ненавидит, - хмыкнул старый синодик Лавренто.
Он упрямо и упорно, как и большинство ветеранов называл Лондо Моллари –
стратилатом. Для них, тех, кто стальным вихрем врывался в систему Бета,
прорывал оборону Фраллиса, бился с дилгарами Лондо оставался стратилатом.
ИХ, солдатским стратилатом. Будучи наследником, а потом и главой старейшего
дома, он никогда не относился свысока к простым бойцам, даже к тем, кто вырос
в приюте. Потому что он тоже был солдатом Республики. Он был тем, кто всегда
шел в атаку первым и никогда не отступал. Тем, кто берег и любил своих
подчиненных и наверняка бы смог стать куда лучшим императором, чем этот
Туран. Лондо оставался для солдат героем Беты, Фраллиса и Гораша. И
послужить ему, даже такой малостью, был рад и горд любой воин Центавра.
Лавренто проверил по сканеру расположение бойцов. Все на местах. Сам же
решил незаметно пробраться в храпящую на разные голоса берлогу. Синодик он
бывалый – уже 40 лет на службе. Для центавриан, живущих по 150-180 лет, 63
года – самый расцвет.  Эх, кабы не интриганы столичные, да слабак император,
командовал бы ими сейчас стратилат Моллари. Уж он бы ни одной колонии не
выпустил, никому бы спуску не дал. Лавренто скрипнул зубами и бесшумной
тенью заскользил к «берлоге». Да уж, в таком «саду» разведку провести бы смог
даже солдатик отслуживший всего один день. Легко взобравшись по водосточной
трубе на крышу Лавренто осторожно установил датчики. Сначала он было
решил, что случайно включил один из них. Но нет. Звук, тихий, едва слышный
доносился с чердака. Лавренто быстро пробежал пальцами по кнопкам.
Аппаратура заработала. Крохотный наушник усилил все звуки. Так, что же там,
под крышей? Не иначе кто-то плачет. Тоненько, жалобно и горько. Лавренто
провел сканером над крышей. Так… вот подходящая трещина. Он извлек еще
один датчик, надел визор, опустил «шпиончика» в едва заметное отверстие. На
старом, дырявом матрасе лежал кто-то маленький… мальчик… Одежда с чужого
плеча, перешитая и десятки раз штопанная, рваное одеяльце. Малец съежившись
на матрасе выкладывал из какой-то коробочки листочки. Лавренто прибавил
датчику мощности. Это были газетные и журнальные вырезки. Мальчик
неожиданно погладил одну. У Лавренто перехватило дыхание. Это была
фотография ЕГО стратилата, выпрыгивающего из истребителя. После рейда на
Фраллис 12. Лихой взгляд, орлиный профиль, задорная улыбка.
- Ппаппочка,  - бормотал мальчишка. – М-мой п-папочка… Ты же заберешь меня
у них? И м-мы будем жить вм-месте… Я все сделаю д-для тебя, п-папочка…
«Великий Творец!» - выдохнул Лавренто. – «Это и есть Вир. Бедный мальчишка.
На чердак тебя загнали. Даже одеяла не дали. Ясно, что и бьют. А ты в отца
веришь. Правильно. В него можно верить. И НУЖНО. Он всегда протянет руку.
Он – Надежный. Лучший…»
Лавренто приник к щелочке и тихо, но твердо сказал:
- Не хнычь, малец. Отец тебя заберет. Обязательно. И уже скоро.
Забрал все датчики, записи – этого хватит с лихвой, дал сигнал команде. А сам
скользя вниз неожиданно подумал: «А если ворваться в дом и этого Лукро, гниду
эту, так похожую на каких-то паразитов, которых выводил у очередных кутят
командир, сейчас и прикончить. Тихо так… Но нет, нельзя. Столичным подонкам
только этого и надо. Сразу же сомнут Стратилата. ИХ Стратилата. Солдатского
Стратилата. Потому что боятся, интриганы. Знают, что стань он Императором,
Республика будет другой. Совсем. Ладно, обождем. Придет черед и этой пиявки.
И многих других. А сейчас надо спешить к командиру. Может, уже завтра-
послезавтра, мальчишка заживет иначе…

31-й год до Обретения Бога. Центавр Примас. Наивысшая Академия. Орбита.
Дромон «Сервий». Поместье рода Котто.

Ипат Философии, или как бы сказали земляне ректор Наивысшей Академии
Центаврианской Республики, Децио Евсевио был довольно редким исключением для
Центавра. Сын простого крестьянина, он начинал свой путь рядовым солдатом.
Хотя с самого детства мечтал об одном – служении наукам. Впрочем, при
императоре Северо никто не путешествовал больше военных. Децио служил в
гарнизонах по меньшей мере двух десятков планет и всюду поспевал
становиться завсягдатаем библиотек и книжных лавок. Ему в руки попадали
уникальные трактаты, порой привезенные с иных миров, а иногда, вообще,
написанные языками давно сгинувших цивилизаций. Как-то в книжной лавке он
разговорился с экскувитом – офицером дворцовой гвардии. В лавке царил
полумрак и они, позабыв о разнице в званиях добрых полтора часа провели в
спорах. Лишь выбравшись на улицу Децио с ужасом понял, что его
собеседником оказался сам император Северо. Впрочем, тот быстро погасил
страхи не в меру ученого солдата, назначив его грамматистом в военную школу
при Наивысшей Академии.
«Давай, солдат! Учи моих знатных недорослей, хорошо учи! Грамотный тактик
стократ опасней для врага, чем способный лишь култари размахивать служака.»
И Децио начал учить. И учиться сам. Северо не забывал о своем протеже и
спустя двадцать лет сын простого крестьянина оказался во главе старейшей
Академии Республики. Впрочем, порой ему казалось, что уж лучше бы было
оставаться простым солдатом. Почти все недоросли с младых ногтей погрязшие в
интригах Великих Домов пытались и в Академии вести нечистоплотные игры.
Пока был жив Северо их удавалось держать в узде. Впрочем, выпадали и
радости. Подарком судьбы Децио считал Лондо Моллари – наследного главу
Дома Моллари. Вот уж кто, порой, и даже часто в ущерб себе не обращал
внимания на закулисную возню. Да. Это был ЛУЧШИЙ ученик. Самый
блестящий ученик. И когда только этот неугомонный все успевал. На первые
лекции прибегал прямо из фехтовального зала. Вместо тянувшегося часами у
иных студентов перерыва он не выбирался из истребителя, совершенствуя свои
поистине богами дарованные таланты пилота. Потом – занятия по тактике и
стратегии. Вечерние лекции. Да полночи успевал проводить на философских
диспутах, где всегда поражал Децио и других учителей совершенно
неожиданными и блестящими решениями, не говоря уж о порой прорывавшейся
вовсе не подростковой мудрости…
Децио был взбешен Изменой на Гораше, и по-настоящему радовался получая от
своего ученика весточки с Земли, потому что каждое письмо или звонок
свидетельствовали – Лондо не удалось сломить. Он по-прежнему жаден до
знаний, и по-прежнему, честно и верно служит своему народу.
В Академию потоком шли подлинники земных рукописей, партитуры симфоний
и опер, труды ученых и инженеров. Вот и сейчас, ожидая у коммуникатора
разговора с Лондо, Децио не мог скрыть радостной улыбки. Его блистательный
ученик… Лучший ученик…
Видимо, Лондо, как и обычно ходил взад и вперед по кабинету, когда, наконец,
установилась связь. Он круто развернулся к экрану
- Ипат Децио! – резкий, как всегда, но уважительный поклон.
- Что-то случилось? – опытный взгляд старого учителя сразу отметил, что
собеседник с трудом удерживает себя в руках, что глаза его вновь начали
напоминать цветом пепел погасшего костра, что бывало после очередных, будь
они прокляты, пророческих снов.
- Я хочу просить вас о помощи, - выдохнул Лондо и тут же, не переводя дыхания,
принялся излагать события шестилетней давности.
- Ты хочешь, чтобы мальчика определили в школу при Академии?
- Да, да… Первый министр уже получил информацию. Указ у вас будет,
доказательства я сейчас переправлю. Мальчик – смышленый, послушный…
обузой вам не станет!
- Лондо! Успокойся! – по старой привычке приказным тоном рявкнул бывший
солдат. – Будь он даже беспутным разгильдяем, я бы взял его. Ради тебя. Своего
лучшего ученика.
- Спасибо, Ипат Децио, - Моллари, наконец, остановился. – Да, совсем забыл…
Вы получили те медицинские трактаты?
- Конечно. Ты просто не дал мне слова вымолвить, - Децио ухмыльнулся, - как
обычно. Не волнуйся. Служи спокойно. Твой мальчик будет в полной
безопасности. Я сам за ним пригляжу. Ты уже подумал, на какие науки ему
следует приналечь?
- Он слаб здоровьем, - лицо Лондо дернулось, как от внутренней боли. –
Военным и исследователем ему не стать. А вот если…
- Все понятно. Буду готовить его к административной должности. Да не
переживай ты так! Его тут и пальцем никто не тронет. А тронет – пожалеет…
Лондо кивнул, но пепел по-прежнему затуманивал взор.
- Случилось что-то еще? – встревожено спросил Децио.
- Даже не знаю, как сказать. Пару дней назад я видел сон. И тут же состоялась
встреча с земными военными. Мне… мне не по себе…
- Видение как-то связано с этими переговорами?
- Не знаю. скорее всего. – Лондо встряхнул головой. – Но боюсь, все уже
пошло не так… И ужасу с готовностью распахнули двери.
- Все же прошу тебя, успокойся. Думай о мальчике. Я сейчас же свяжусь с
Кирилом, и уже завтра твой младший начнет, как выражаются земляне, грызть
гранит науки.
Лицо архонта просветлело.
- Спасибо, учитель!
- Да будет тебе! Надеюсь, что он окажется таким же умным, как ты, но в отличие
от тебя послушным, - улыбнулся Децио. – И не забывай – ты обещал мне
подлинники сочинений тех философов, о которых упоминал в прошлом
разговоре.
- Я уже веду переговоры с Берлинским архивом, - Лондо немного расслабился и
Провормотал себе под нос. – Только бы они послушали меня. Всего один
корабль…  Всего один…

- Такие вот дела, - хрипло и зло закончил свой доклад Лавренто. – Измываются
над мальцом. Вон эти земные кутьки, что НАШ стратилат вашему
высокоблагородию присылают, - солдат повернулся к Кирилу и коротко
поклонился, - и то живут лучше.
Молодой телепат Афо ухмыльнулся и подумал: «Кутькам этим обзавидовались бы
обитатели любого галактического рая.», но быстро стер с лица веселое
выражение и встав по стойке «смирно» начал свой доклад.
- Ребенка бьют. Били в тот самый день, когда я сканировал мысли… Если то, что
ползает в голове его дяди можно назвать мыслями. Постоянно обзывают.
Единственный, кто хорошо к мальчику относится – его кузен, кажется Кирон,
но он сам семи лет от роду, да и ему тоже, перепадает. Вообще, этот Лукро к
домашним относится, как к скоту бессловесному. Я уж не говорю о крестьянах.
У него почти все «мысли», - Афо с такой язвительностью произнес последнее
слово, что сразу стало ясно – он не считает Лукро Котто существом разумным, -
посвящены дивану! вину! и… какой-то букашке.
- Кому? – изумленно уставился на любимого зяия Лондо Децио.
- Не знаю. Плохо понял. Букашке. Какому-то насекомому.
- О, Боги! – воскликнул Кирилл, - когда ты сканировал моего спаниеля и то,
сказал, что он думает не только о еде и сне, но и своей самке, о прошедшей
охоте, и о запахе свежей травы. И даже о том, что он немножко помнит Землю и
Отца!
- Совершенно верно, ваше высокоблагородие. У собачки мысли были интересней
и… разнообразней. – Афо не стал добавлять, что, считал еще кое-что. Когда этот
мерзкий слизень думал о мальчике, он вспоминал, как избивал собственную
сестру Кассану. Та, случайно слышала, как ИХ стратилат сразу согласился
жениться на ней и официально признать ребенка и стала плакать и противиться
навязываемому братцем браку. А этот паразит Лукро… Нет, говорить не стоит.
Друнгарий Кирил прекрасный командир, но запросто проговорится. А если ИХ
стратилат узнает… Он убьет подонка, а враги только этого и ждут. Нет. Пусть
судьба Кассаны как можно дольше остается неизвестной ИХ стратилату. Сейчас,
главное, выручить мальчика. А потом… Афо вздохнул про себя. Аристократы, за редким исключением до сих пор даже не знали, что пророческий дар не связан с происхождением. 
Бабушка Афо – жена простого шахтера была сильней многих великих
прорицательниц Старых Домов. И пророчества имелись не только у знати, но и у
простонародья. Афо свято верил, что наступит день, когда на трон Центавра
взойдет солдатский Император, тот, кто снесет все удары судьбы, перетерпит все
страдания духа и тела, возвысит простых людей, уничтожит знать и добровольно
пойдет на великие муки, ради своего народа. Он и будет Истинным Богом
Республики. Простые люди и пророчествовали проще, понятнее. И Афо уже в 10-летнем возрасте был уверен, что в пророчестве говорилось об ИХ стратилате, его обожаемом тесте, которого любил, как родного отца.
А то, что начнется его царствование огнем и закончится огнем… Это могло
означать все что угодно, а скорее всего тяжкие войны. Но может они и нужны,
чтобы Республика очнулась от зачарованной спячки? Афо опять тихо вздохнул и
стал слушать указания своего друнгария.

Лукро Котто решал судьбу букашки. Утопить ее, раздавить, сбросить на пол? Но
ведь, негодная, опять попытается хлебнуть его замечательного, хоть и
кисловатого вина. Букашка тем временем свалилась на столик, прямо в лужицу
вышеупомянутой жидкости. Ишь, барахтается. Он только протянул жирный
палец, чтобы придавить «собутыльницу», как услышал гул мобиля на воздушной
подушке. На таком обычно прилетал этот подлец Тиро, привозил деньги от
аристократишки и требовал разговора с щенком. Подумаешь, обычной
риторишка, а спеси-то спеси! Словно, он, Лукро Котто какой-то грязный
уголовник. Мы, конечно, в Академиях штаны не протирали, в отличие от этого
Тиро, да и когда, скажите на милость ерундой заниматься, но вот жить-то как
раз умеем, как достойные, порядочные люди. А этот Тиро, хоть и старого рода, а
просто служка какой-то на побегушках у проклятого Моллари.
Впрочем, ублюдка надо бы переодеть. И пусть только попробует сказать что не
так. Опять спознается с дядиной плеткой. Вон она, родная, рядом лежит. Было
дело и сестрицу ей так отходил, что эта неблагодарная дура, видите ли, болеть
начала. Да вторично, его, брата своего опозорила – родила его другу мертвую
девчонку и сама тотчас же в Морготово царство ушла. Лукро поежился. Хорошо,
что аристократишке ничего неизвестно. Он так в ублюдка своего вцепился, что
про полюбовницу напрочь забыл. А она, дура, все время так и выла, так и выла.
Что ж, оставалось делать ему, Лукро, и мужу ее? Конечно, взбучку давать. Кто ж
думал, что она только с виду здорова?
Нет, и впрямь хорошо, что аристократишка не знает. Убьет ведь, злодей, как
есть, убьет ни за что приличного человека. А, завязла, барахтаться перестала.
Что, букашка, крепковатого для тебя вино Лукро Котто?
И в самом деле Тиро. А это кто там с ним? Старик какой-то в шитом мундире с
небольшой седой бородкой. Выправка солдатская, а в руке портфель
учительский. И еще. Этот уж точно солдат. Синодик первого ранга. Громила еще
тот. И глаза хитрые, все подмечает, все видит, и на него, на Лукро смотрит так,
будто раздавить готов. И еще один. Тоже синодик, но молодой совсем, с
нашивками телепата. Уж не зятек ли безумца Моллари? Надо же, среднюю дочь отдал за шахтерского сынка! Тронутый, как есть, тронутый! Ишь, явились… Это что ж, устрашать явились?
Тиро как обычно вошел к комнату Лукро с видом судии, явившегося снимать
допрос с жалкого смертоубийцы. Синодик первого ранга с любовью погладил
рукоятку бластера и встал к стене, словно охранник. Старик брезгливо оглядел
«берлогу» Лукро. Переглянулся с этим Тиро. Тот едва заметно кивнул.
Телепат шагнул вперед и рявкнул:
- Ипат Философов Наивысшей Академии Децио Евсевио шествует! Всем встать!
Это что ж, он Лукро Котто, должен, точно студент какой, вскакивать с дивана
перед каким-то учителишкой? Впрочем, компания пожаловала такая, что по
крайней мере, сесть можно. Кряхтя, обитатель дивана, сменил позу.
- Ай-ай, господин Тиро. Что ж, не предупредили заранее? Я бы…
- Вы бы, ЧТО?! – зло отрезал Децио. – У меня именной указ первого
министра. – он сунул под нос Лукро Большой лист пергамента с печатью
первого министра. - Я забираю вашего племянника Вира для обучения в
Наивысшей Академии. Немедленно передайте нам мальчика. Я не намерен
долго задерживаться в этом хлеву, который вы именуете своим кабинетом.
Лукро поперхнулся. Открыл рот. Закрыл. Икнул.
Синодик выразительно похлопал по кобуре.
Старик же продолжил:
- Согласно договору, заключенному вами с архонтом Моллари, именно ОН
выбирает место для обучения ребенка. Он выбрал. Нет, конечно, вы можете
оспорить указ первого министра, обратившись к Императору…
- Нет… н-нет… Конечно, забирайте. – Лукро стремительно потел. С мясистого
носа потекла влага. Только бы слуги догадались переодеть ублюдка. В их же
интересах. Телепат открыл дверь и рявкнул на лакея, бесцельно тащившегося
по коридору.
- Немедленно приведите сюда Вира. Он отправляется в столицу. За ним
приехал сам Ипат Философов Наивысшей Академии.
Лакей вздрогнул, немного протрезвел и засеменил наверх.

Вир аккуратно закрыл заветную коробочку и спрятал ее под выломанной
дощечкой, навалил сверху рваный матрас. Вздохнул. Вчера ему снился
странный сон. Кто-то убеждал его, что отец собирается забрать его у «этого».
Его отец. Герой. Надежда Республики. Он умный и добрый. Вир это знал. Он
не забывает о нем. Господин Тиро служит отцу. А он очень порядочный
человек.
Дверца внизу открылась и полупьяный лакей просунул лохматую голову на
чердак.
- Вир, парень, ты тут?
- Ага.
- Давай скорей. За тобой из столицы приехали.
- Из столицы? Я сейчас,  - Вир рванулся к тайнику.
- Некогда прихорашиваться! – лакей сгреб мальчишку одной рукой и
заковылял по лестнице. – Видать шишки крупные – друзья твоего отца.
Заберут тебя. И хорошо. А то «этот» (так и только так называли Лукро не
только домашние, но и все слуги) тебя рано или поздно пришибет.
Вир не успел ничего ответить. Его уже втолкнули в дядину «берлогу». Два
военных, господин Тиро и еще один пожилой чиновник, с военной
выправкой, но очень-очень мудрыми глазами. На диване скорчился «этот».
Именно скорчился. Неужели боится?
Старик в красивом мундире взял Вира за слабую ручку и пожал ему запястье.
- Я приехал по просьбе благородного архонта Лондо Моллари, - гулким,
четким голосом заговорил он. – Здравствуй, юный Вир.
- Зз-ддравствуйте…
- По желанию архонта ты определяешься в ученики Академии. Сначала
закончишь школу, а потом и саму Академию. Ты будешь жить в столице. Все
время своего обучения. Ты согласен?
У Вира закружилась голова. Вчерашние слова. Знак Богов. Он будет учиться.
А потом приедет к отцу и станет его самым-самым верным помощником. И
всегда-всегда будет рядом с ним.
- Ты согласен? – мягко осведомился господин Тиро.
- Да, - хрипло выдохнул Вир. Перед глазами все закружилось. Ноги стали
ватными и он рухнул бы на пол, если бы его не подхватил молодой военный.
- Да мальчик два дня уже не ел ничего! – словно издалека доносился молодой
возбужденный и злой… злой на Лукро голос.
Вир видел только кружащееся небо, когда его несли к мобилю, сердитый
голос господина Тиро грохотал, как раскаты грозы. Что-то взвизгивал «этот».
Неожиданно Вир встрепенулся. Заветная коробочка. Единственное
сокровище… К счастью перед глазами замаячила возбужденная мордашка
Кирона, у которого по карманам были рассованы куски хлеба и домашней
колбасы. Он явно собирался навестить кузена.
- Кирон!
- Вир!
- Я уезжаю учиться в столицу. ОН так распорядился.
- Это же здорово! – Кирон все равно принялся вываливать из кармана снедь.
– Поешь, а?
- Ты нес еду кузену? – спросил седобородый.
- Ну да, - Кирон ковырнул босой ногой пыль. – «Этот» его два дня не
кормил. Я стащил немножко и хотел Виру отнести.
- Кирон! – забормотал Вир, которого заботливо укутали в одеяло и усадили
на заднее сиденья. – Помнишь мой тайник? Принеси мою коробочку.
- Я мигом! Вы только не уезжайте! – закивал кузен и рванул в дом.
Прорвавшись мимо ВЫБРАВШЕГОСЯ НА ПОРОГ – вот уж невиданное
десяток лет зрелище! - «этого» и увернувшись от плетки, он рванул на чердак,
выломал дощечку и сжав обеими руками коробочку помчался на улицу.
«Этот» весь перекосился и снова замахнулся плеткой, но молодой солдат
стиснул его запястье одной рукой, а другой вцепился в нечесаные патлы
Лукро и пристально посмотрел ему в глаза. Тот по-животному дико завизжал
и принялся хлестать плетью себя. Молодой солдат отряхнулся, словно даже
прикасаться к Лукро ему было мерзко и зашагал к мобилю.
Кирон протянул коробочку кузену, тот ее сразу спрятал на груди. Мальчики
обнялись.
- Ты держись там, в столице! Не скучай! – всхлипнул Кирон.
- Спасибо, Кирон, спасибо, - только и мог в ответ бормотать Вир.
Седобородый сел рядом с мальчиком. Вскоре к ним присоединились оба
солдата и господин Тиро.
Мобиль мягко двинулся с места.
Солдат постарше рявнул на молодого:
- Афо, ты что натворил?
- А ничего такого, - огрызнулся тот. – Просто сделал так, что этот слизняк
будет сам себя плеткой двое суток хлестать. Знаю. Правила нарушил, но сил
не было терпеть выходки этой… этой злобной туши.
Синодик первого ранга молча кивнул, оглянулся и похлопав Вира по плечу
сказал:
- Теперь все в порядке парень. НАШ стратилат тебя в обиду не даст. Не
плачь. Ты, можно сказать, на службу теперь определился. Вот и жизнь
началась!

28-й год до Обретения Бога. Земля. Рубеж.
- Лондо! – уже в третий раз проорала Тимов, пытаясь отыскать взглядом в
опустевшем ангаре своего супруга.
- Да здесь я, здесь! – он выбрался из-под земного с виду челнока и принялся
вытирать испачканные какой-то черной и вонючей жидкостью руки.
- Что ты задумал, подлец? – сразу перешла к делу Тимов.
- Ничего особенного. Совершенствую свои конструкторские навыки.
- Не пытайся увильнуть! Нам еще вчера надо было вылетать домой. Нарны, вон
уже недели три назад улизнули все до одного.
- Не нам, а миссии, и тебе, между прочим.
- Ну и? А кто глава миссии?
Лондо устало присел на ящик из-под инструментов.
- Понимаешь, я так не могу.  Не могу их бросить.
- То есть? Они сами виноваты в том, что происходит. Ты, между прочим, их
предупреждал…
- Знаю! Но может быть стоило добиться приема у их президента? Может быть…
- Лондо! Хватит! Мне надоело. Ты готов брать на себя вину за все, что случается
в этой проклятой вселенной. Никакие бы увещевания не помогли! Ты сделал, что
мог.
- Ты не знаешь, что я СДЕЛАЛ! – неожиданно горько выдохнул он. И как-то
жалобно по-мальчишески посмотрел на жену.
Тимов удержала язвительный ответ, который был готов сорваться с языка и села
рядом с мужем.
- Лондо. Прекрати винить себя. Эта война – результат глупости землян и
глупости минбарцев. Ты и так помог им – ты сохранил лучшую часть
Земли. Только вспомни, ты скупал их храмы и дворцы, их книги и музыку.
Ты даже святую Софию купил и перетащил на Центавр! ТВОИМИ
деньгами они расплачивались с нарнами за поставки оружия. Оружия,
надо сказать, устаревшего. «Ящерицы» здорово обвели их вокруг пальца…
- Тимов, постой… Не о том речь. Ты вылетишь домой сегодня же. Будешь
сопротивляться – заставлю силой. А я просто задержусь. У меня есть
возможность спасти людей. Пусть сто, пусть двести. В конце концов, они
меня вылечили! И здесь… здесь я был хотя бы немножко счастлив…
- Лондо. Я останусь тут. В пустой миссии. И буду ждать тебя. Ты понял?
Ясно, от очередной выходки тебя не отговорит даже Великий Творец. И
только подумать! Ты же не юнец, а ведешь себя, как… как
семнадцатилетний!
- Я всегда себя веду так, - криво ухмыльнулся Моллари. – И я всегда
расплачиваюсь со своими долгами. Сейчас у меня есть возможность
немного… исправить…
- Черт с тобой, Лондо. Но я жду тебя здесь. И не забывай – ты глава Рода.
Твой брат Прово, может быть, и по праву считается лучшим специалистом
по древним языкам, но он слишком мягок и слаб, чтобы возглавить Дом. У
тебя много детей, внуков, племянников, кузенов, но только ты можешь и
должен быть старшим Моллари. Других просто сомнут.
- Ты меня уже хоронишь! Я же сказал, что вернусь! Я не собираюсь
сражаться…
- О Боги, а я уж думала, что ты решил в одиночку остановить взбесившихся
минбарцев! – усмехнулась Тимов.
- А может и это получится?! – неожиданно безрассудно и опять как-то по-
мальчишески вскинулся Лондо.

0


Вы здесь » Мини-форум дикого Lion`a...)) » Старье... » История "Вавилона5" с точки зрения Центавриан, воинов-минбари...